«Чтобы сделать истинным сказанное собственным слугою и [явить] своё пронизание во всех существах, Он явился в столбе, в собрании, неся крайне дивный облик — ни зверя, ни человека. Он, оглядывая кругом это существо, выходящее из середины столба: „Это не зверь и не человек; удивительно! Ах, что это за облик человека-льва?“ Пока он раздумывал, впереди поднялся тот облик человекольва, весьма ужасающий: с яростными глазами [цвета] раскалённого золота, с лицом, разверстым в сияющей гриве; с ужасающими клыками, с языком, подвижным как меч, с краями острыми как бритва; со страшным от бровей лицом; с торчащими вверх ушами, с разверстыми ртом и ноздрями, дивными, как горные пещеры; ужасающим разъятием челюстей; с телом, касающимся неба; с короткою толстою шеей, широкою грудью, тонким станом; покрытым волосками, белыми, как лучи луны; с сотнею рядов рук во все стороны, с ногтями вместо оружия».