शम्बरस्य च या माया या माया नमुचेर् अपि ॥
बलेः कुम्भीनसेश् चैव सर्वास् ता योषितो विदुः ॥
हसन्तं प्रहसन्त्य् एता रुदन्तं प्ररुदन्ति च ॥
अप्रियं प्रियवाक्यैश् च गृह्णते कालयोगतः ॥
उशना वेद यच् छास्त्रं यच् च वेद बृहस्पतिः ॥
स्त्रीबुद्ध्या न विशिष्येते ताः स्म रक्ष्याः कथं नरैः ॥
अनृतं सत्यम् इत्य् आहुः सत्यं चापि तथानृतम् ॥
इति यास् ताः कथं वीर संरक्ष्याः पुरुषैर् इह ॥
śambarasya ca yā māyā yā māyā namucer api ||
baleḥ kumbhīnaseś caiva sarvās tā yoṣito viduḥ ||
hasantaṃ prahasanty etā rudantaṃ prarudanti ca ||
apriyaṃ priyavākyaiś ca gṛhṇate kālayogataḥ ||
uśanā veda yac chāstraṃ yac ca veda bṛhaspatiḥ ||
strībuddhyā na viśiṣyete tāḥ sma rakṣyāḥ kathaṃ naraiḥ ||
anṛtaṃ satyam ity āhuḥ satyaṃ cāpi tathānṛtam ||
iti yās tāḥ kathaṃ vīra saṃrakṣyāḥ puruṣair iha ||
«Шамбары которая майя, которая майя Намучи, Бали, Кумбхинаси — все те женщины знают. Смеющемуся в ответ смеются они, плачущему — рыдают, неприятного им ласковыми словами улавливают, по случаю. Ушанас знает какую науку, и какую знает Брихаспати, — женского ума не превосходят; их как оберечь мужам? Ложь истиной называют, и истину так же ложью; таковы которые, как, о герой, оберегаемы мужами здесь?»
7a531bf24943 · published Jun 20, 2026, 10:10:00 PM UTC
Available inRUPage between verses with
Знаменательно, что самая отповедь оборачивается невольною данью женскому уму: «науки Ушанаса и Брихаспати не превосходят женской смётки». Так за сетованием на хитрость сквозит признание тонкости и проницательности. Вопрос же «как их оберечь?» здесь, по сути, обнажает собственную тщету: ум, превосходящий учителей богов и асуров, не удержать никаким надзором. Тем готовится ответ: не внешнею стражею хранится добродетель, ибо хитрость переиграет всякую стражу, — но лишь изнутри, чистотою и довольством сердца.