सर्वथैव महाराज शरीरं धारयेद् इह ॥
प्रेत्येह चैव कर्तव्यम् आत्मनिःश्रेयसं परम् ॥
एवं कुर्वञ् शुभा वाचो लोके ऽस्मिञ् शृणुते नृपः ॥
प्रेत्य स्वर्गं तथाप्नोति प्रजा धर्मेण पालयन् ॥
एवं त्वया कुरुश्रेष्ठ वर्तितव्यं प्रजाहितम् ॥
उभयोर् लोकयोस् तात प्राप्तये नित्यम् एव च ॥
sarvathaiva mahārāja śarīraṃ dhārayed iha ||
pretyeha caiva kartavyam ātmaniḥśreyasaṃ param ||
evaṃ kurvañ śubhā vāco loke 'smiñ śṛṇute nṛpaḥ ||
pretya svargaṃ tathāpnoti prajā dharmeṇa pālayan ||
evaṃ tvayā kuruśreṣṭha vartitavyaṃ prajāhitam ||
ubhayor lokayos tāta prāptaye nityam eva ca ||
Всячески, о великий царь, да хранит он тело здесь; и в этом мире, и в том надлежит совершать высшее благо для души. Так поступая, царь слышит о себе добрую молву в этом мире, а по смерти достигает неба, охраняя подданных по дхарме. Так и тебе, о лучший из Куру, должно всегда поступать на благо подданных, дитя, ради обретения обоих миров.
0be306209656 · published Jun 20, 2026, 9:25:00 PM UTC
Available inRUPage between verses with
Вся обширная наука правления увенчивается тем, что выше её, — заботой о душе: «храни тело, но твори высшее благо для души». Земное царство и небесное благо не противопоставлены: государь обретает оба разом, ибо охрана подданных по дхарме сама есть путь к небу. Здесь являет себя сердцевина учения о царе — власть как служение, в котором благо народа и спасение правителя слиты воедино. Стих учит, что подлинная цель всякого делания, и царского в том числе, — «атма-нихшреяса», высшее благо души; кто правит ради подданных по дхарме, тот, не отрекаясь от мира, уже идёт к освобождению.