Говардханачарья
पान्थ द्वारवतीं प्रयासि यदि हे तद् देवकीनन्दनो
वक्तव्यः स्मरमोहमन्त्रविवशो गोप्योऽपि नामोज्झिताः ।
एताः केलिकदम्बधूलिपटलैर् आलोकशून्या दिशः
कालिन्दीतटभूमयो भवतो नायान्ति चित्तास्पदम्
गोवर्धनाचार्यस्य ॥
pāntha dvāravatīṃ prayāsi yadi he tad devakīnandano
vaktavyaḥ smara-mohamantra-vivaśo gopyo'pi nāmojjhitāḥ |
etāḥ keli-kadamba-dhūli-paṭalair āloka-śūnyā diśaḥ
kālindī-taṭa-bhūmayo bhavato nāyānti cittāspadam
govardhanācāryasya ||
metre not identified
Эй, путник! Если идёшь в Дваравати — скажи сыну Деваки: «Обессиленный морочащею мантрою Камы, ты оставил и самое имя пастушек. Неужели не приходят в обитель твоего ума эти стороны света, лишённые света от слоёв игровой кадамбовой пыли, эти земли на берегу Калинди?»
58c5d3c133fd · published Sep 18, 2026, 12:35:29 AM UTC
Available inRUPage between verses with
Упрёк построен вежливо и потому больно: не «ты забыл нас», а «ты оставил самое имя». Забыли не людей, а слово.
Причина названа Ему же в оправдание: smara-moha-mantra-vivaśaḥ, «обессиленный морочащей мантрой Камы». Оправдание это — то самое, каким в этой книге объясняли своё поведение они.
Вспоминают не Его и не себя, а стороны света, потемневшие от пыли. Свет в них закрывала пыль, поднятая их же игрой.