«С пастью, [полной] страшных клыков в дышло величиною, с ноздрями — горными пещерами, с грудями — глыбами скал, жуткое, с разметавшимися рыжими волосами, с глазами — глубокими заброшенными колодцами, страшное [телом], как отмели и холмы, с руками, бёдрами и ногами — насыпями плотин, с чревом — озером без воды: затрепетали, увидев то тело, пастухи и пастушки, у которых ещё прежде от её крика были разорваны сердца, уши и головы. А младенца, играющего на её груди, ниоткуда не страшащегося, пастушки, поспешно подойдя, схватили, охваченные смятением. Они вместе с Яшодою и Рохини для младенца со всех сторон совершили полный оберег — обмахиванием коровьим хвостом и прочим; омыв младенца коровьею мочою, затем коровьею пылью, они сотворили оберег коровьим навозом на двенадцати частях тела — с именами».