sūta uvāca
अथर्व-वित् सुमन्तुश् च शिष्यम् अध्यापयत् स्वकाम्
संहितां सो ऽपि पथ्याय वेददर्शाय चोक्तवान्
शौक्लायनिर् ब्रह्मबलिर् मोदोषः पिप्पलायनिः
वेददर्शस्य शिष्यास् ते पथ्य-शिष्यान् अथो शृणु
कुमुदः शुनको ब्रह्मन् जाजलिश् चाप्य् अथर्व-वित्
बभ्रुः शिष्यो ऽथान्गिरसः सैन्धवायन एव च
अधीयेतां संहिते द्वे सावर्णाद्यास् तथापरे
नक्षत्रकल्पः शान्तिश् च कश्यपाङ्गिरसादयः
एते आथर्वणाचार्याः शृणु पौराणिकान् मुने
atharva-vit sumantuś ca śiṣyam adhyāpayat svakām
saṃhitāṃ so 'pi pathyāya vedadarśāya coktavān
śauklāyanir brahmabalir modoṣaḥ pippalāyaniḥ
vedadarśasya śiṣyās te pathya-śiṣyān atho śṛṇu
kumudaḥ śunako brahman jājaliś cāpy atharva-vit
babhruḥ śiṣyo 'thāngirasaḥ saindhavāyana eva ca
adhīyetāṃ saṃhite dve sāvarṇādyās tathāpare
nakṣatrakalpaḥ śāntiś ca kaśyapāṅgirasādayaḥ
ete ātharvaṇācāryāḥ śṛṇu paurāṇikān mune
«И знаток Атхарвана Суманту обучил ученика своей самхите; а тот изложил её Патхье и Ведадарше. Шауклаяни, Брахмабали, Модоша, Пиппалаяни — это ученики Ведадарши; теперь слушай об учениках Патхьи: Кумуда, Шунака, о брахман, и Джаджали, знаток Атхарвана. Бабхру, ученик Ангирасы, и Саиндхаваяна изучили две самхиты; так же и другие, начиная с Саварны. Накшатра-кальпа и Шанти, а также Кашьяпа, Ангираса и прочие — вот атхарванские наставники; слушай же о пураниках, о молчальник».
5041b4f88bbb · publicado 16 ago 2026, 18:00:00 UTC
Disponible enRUPasa de verso en verso con
Атхарва-вит суманту — «знаток Атхарвана Суманту». Определение поставлено при имени по той Веде, которую человек принял: не «учёный» и не «мудрый», а «знающий именно это». Человек назван по доставшейся ему доле, и такое имя переживёт его самого.
Шишьям адхьяпаят свакам самхитам — «обучил ученика своей самхите». Единственное число: один ученик на всю Веду. Дальше их станет двое, потом четверо — но начало узкое, как горлышко. Передача начата с одного человека, и весь дальнейший разброс имён вырос из этой единственной пары.
Адхиетам самхите две — «изучили две самхиты». У Атхарвана ветвей меньше всех: у саманов их тысяча, у яджусов пятнадцать, здесь — две. Разница не объяснена и не оправдана. Ветвление оказалось неодинаковым, и Веды хранились каждая по-своему, а не по общему уставу.
Накшатра-кальпах шантиш ча — «Накшатра-кальпа и Шанти». Посреди имён учителей вдруг стоят названия сочинений: устав звёздных сроков и обряд умиротворения. Список не заметил перехода от людей к книгам. Люди и труды поставлены в один ряд, потому что и те и другие суть способы, какими Веда дошла.
Кашьяпангирасадаях — «Кашьяпа, Ангираса и прочие». Имена здесь родовые: так зовутся не столько лица, сколько линии. Опознать по ним отдельного человека уже нельзя. Роспись перешла от лиц к родам, — знак, что счёт поколений давно потерян, а порядок сохранён.
Шрину пауранникан муне — «слушай же о пураниках». Переход сделан без всякой границы: только что перечисляли хранителей Веды — и тем же дыханием переходят к хранителям Пураны. Пурана вписана в тот же список преемства, что и Веда, ещё прежде, чем о ней будет сказано хоть слово.