Затем весьма разумный Кхандикья совещался наедине со всеми советниками и домашними жрецами.

Советники сказали ему: «Этот враг, пришедший во власть, должен быть убит; когда он убит, вся земля будет тебе подвластна».

И Кхандикья сказал им всем: «Это так, нет сомнения: когда он убит, вся земля будет мне подвластна.

Но его — победа в ином мире, а моя — вся земля; если же не убиваю, моя — победа в мире, а его — земля.

Не полагаю я, чтобы земля была выше победы в ином мире: победа в ином мире бесконечна, а победа над землёю весьма кратковременна.

Потому не убью я его и скажу то, что он спрашивает».

Затем, подойдя к нему, Кхандикья-Джанака сказал врагу: «Всё, что должно быть спрошено тобою, — то спрашивай; я скажу».

Затем, рассказав всё, как было, об убиении жертвенной коровы, о дваждырождённый, он спросил об относящемся к тому искуплении.

И тот изложил Кешидхвадже, как должно, то искупление без остатка, которое там предписывается, о дваждырождённый.

Узнавший дело, отпущенный тем великим душою, придя на место жертвы, совершил все обряды по порядку.

Доведя жертву по порядку и по уставу и омывшись заключительным омовением, став исполнившим должное, царь помыслил:

«Все жрецы почтены, участники собрания уважены мною; и просители наделены мною желанными благами.

Всё здесь сделано мною для народа, как подобает; отчего же сердце моё с неисполненным делом?»

Так размышляя, вспомнил тот владыка земли: «Не дана мною Кхандикье плата наставнику».