तदेव मण्डलं चास्य अङ्गन्यासस्तथैव च । ऋते मन्त्रपदानीह समानं सर्वमेव हि
पूजयेद्यस्तु विघ्नेशमेकदन्तमुमासुतम् । नश्यन्ति तस्य विघ्नानि न चारिष्टं कदाचन
यश्चोपवासं कृत्वा तु चतुर्थ्यां पूजयेन्नरः । सर्वे तस्य समारम्भाः सिध्येयुर्नात्र संशयः
यस्यानुकूलो विघ्नेशः शिवयोः कुलनन्दन । तस्यानुकूलं सर्वं स्याज्जगद्वै सर्वकर्मसु
tadeva maṇḍalaṃ cāsya aṅganyāsastathaiva ca | ṛte mantrapadānīha samānaṃ sarvameva hi
pūjayedyastu vighneśamekadantamumāsutam | naśyanti tasya vighnāni na cāriṣṭaṃ kadācana
yaścopavāsaṃ kṛtvā tu caturthyāṃ pūjayennaraḥ | sarve tasya samārambhāḥ sidhyeyurnātra saṃśayaḥ
yasyānukūlo vighneśaḥ śivayoḥ kulanandana | tasyānukūlaṃ sarvaṃ syājjagadvai sarvakarmasu
«„Тот же самый и чертёж у него, и возложение членов так же, кроме слов мантр — всё здесь одинаково. Кто почитает Владыку помех, Однобивенного, сына Умы, у того гибнут помехи, и никогда не бывает беды. И человек, который, сотворив пост, почитает в четвёртый день, у того все начинания удаются — нет здесь сомнения. У кого Владыка помех благосклонен, о радость рода, тому благосклонен весь мир во всех делах“».
4fd6ecdeb278 · опубликовано 19 авг. 2026 г., 07:00:00 UTC
Доступно наRUЛистайте стихи клавишами
Тад эва мандалам часья анга-ньясас татхаива ча — «тот же самый чертёж и то же возложение членов». Сказано без всякого смущения: чертёж, ньяса, порядок — всё взято у Шивы. Такого признания в этих книгах почти не встретишь. Заимствование объявлено самим составителем.
Рите мантра-падани — «кроме слов мантр». Единственное, что отличает один обряд от другого, — имена в формулах. Чин остаётся общим. Различие между службами сведено к подстановке имени.
Нашьянти тасья вигхнани — «у того гибнут помехи». После страницы о том, как бить и жечь, глава возвращается к обычному: помехи гибнут, беды не бывает. Два разряда обрядов лежат в ней вплотную. Наговор и домашняя молитва стоят в одной главе рядом.
На чариштам кадачана — «и никогда не бывает беды». «Аришта» — беда, дурное знамение. Обещано не богатство и не власть, а отсутствие неприятностей. Наградою названо, чтобы ничего не случилось.
Сарве тасья самарамбхах сидхьеюр — «все его начинания удаются». Награда подобрана по имени бога: тот, кто ставит помехи, их же и снимает с начинаний. Так же было и в двадцать второй главе. Обещание опять выведено из имени, а не из свойств.
Тасьянукулам сарвам сьяд джагад — «тому благосклонен весь мир». Строка выводит из одного расположения все прочие: помирился с этим — помирился со всем. Мысль простая и по-своему верная о том, как устроены страхи. Один устранённый страх назван снимающим все остальные.