अपेयः सागरो येषाम् अभिशापान् महात्मनाम् ॥
येषां कोपाग्निर् अद्यापि दण्डके नोपशाम्यति ॥
देवानाम् अपि ये देवाः कारणं कारणस्य च ॥
प्रमाणस्य प्रमाणं च कस् तान् अभिभवेद् बुधः ॥
येषां वृद्धश् च बालश् च सर्वः संमानम् अर्हति ॥
तपोविद्याविशेषात् तु मानयन्ति परस्परम् ॥
अविद्वान् ब्राह्मणो देवः पात्रं वै पावनं महत् ॥
विद्वान् भूयस्तरो देवः पूर्णसागरसंनिभः ॥
अविद्वांश् चैव विद्वांश् च ब्राह्मणो दैवतं महत् ॥
प्रणीतश् चाप्रणीतश् च यथाग्निर् दैवतं महत् ॥
श्मशाने ह्य् अपि तेजस्वी पावको नैव दुष्यति ॥
हविर् यज्ञेषु च वहन् भूय एवाभिशोभते ॥
एवं यद्य् अप्य् अनिष्टेषु वर्तते सर्वकर्मसु ॥
सर्वथा ब्राह्मणो मान्यो दैवतं विद्धि तत् परम् ॥
apeyaḥ sāgaro yeṣām abhiśāpān mahātmanām ||
yeṣāṃ kopāgnir adyāpi daṇḍake nopaśāmyati ||
devānām api ye devāḥ kāraṇaṃ kāraṇasya ca ||
pramāṇasya pramāṇaṃ ca kas tān abhibhaved budhaḥ ||
yeṣāṃ vṛddhaś ca bālaś ca sarvaḥ saṃmānam arhati ||
tapovidyāviśeṣāt tu mānayanti parasparam ||
avidvān brāhmaṇo devaḥ pātraṃ vai pāvanaṃ mahat ||
vidvān bhūyastaro devaḥ pūrṇasāgarasaṃnibhaḥ ||
avidvāṃś caiva vidvāṃś ca brāhmaṇo daivataṃ mahat ||
praṇītaś cāpraṇītaś ca yathāgnir daivataṃ mahat ||
śmaśāne hy api tejasvī pāvako naiva duṣyati ||
havir yajñeṣu ca vahan bhūya evābhiśobhate ||
evaṃ yady apy aniṣṭeṣu vartate sarvakarmasu ||
sarvathā brāhmaṇo mānyo daivataṃ viddhi tat param ||
«Непитьевым океан стал чьим проклятием, великих душою; чьих гнева-огонь и ныне в Дандаке не угасает; богов даже которые боги, причина причины, мерила мерило, — кто их превзойдёт, разумный? Чьи старый и юный, всякий чести достоин; по подвига-знания различию чтут друг друга. Неучёный брахман — бог, сосуд очищающий великий; учёный — больший бог, полному океану подобный. И неучёный, и учёный брахман — божество великое, как возжённый и невозжённый огонь — божество великое. На пепелище ведь, пылающий, огонь не оскверняется; жертву в жертвах неся, ещё более сияет. Так если даже в недолжных пребывает во всех деяниях, всячески брахман чтим; божеством знай то высшим».
389372bd76f3 · опубликовано 22 июн. 2026 г., 06:15:00 UTC
Доступно наRUЛистайте стихи клавишами
Глава венчается дивным уподоблением брахмана огню. Знаменательно: «как огонь не оскверняется даже на пепелище, а неся жертву, сияет ещё ярче, — так брахман, даже впав в недолжные дела, всячески чтим; знай его высшим божеством». Святыня, подобно огню, неосквернима: священный сан и внутренний пыл подвига пребывают и тогда, когда внешнее небезупречно. И сказано смиренно о самих брахманах: «и старый, и юный достоин чести; по различию подвига и знания они чтут друг друга» — не превозносятся, а воздают честь взаимно. Даже неучёный брахман — «великий очищающий сосуд», учёный же — «как полный океан». В свете преданности здесь урок благоговения: почитание святого, как почитание огня, не бывает напрасным; и хотя совершенство стяжается ведением и подвигом, само освящённое не теряет святости — а потому реверентность к носителям дхармы есть нерушимое правило сердца.