Agastya
तत्पुरं ते प्रविविशुरेकीभूतास्ततो नव । पुरुषो मूर्त्तिमान् राजा पशुपालोऽभवत् क्षणात्
ततस्तत्पुरसंस्थस्तु पशुपालो महानृपः । संसूच्य वाचकाञ्छब्दान् वेदान् सस्मार तत्पुरे
आत्मस्वरूपिणो नित्यास्तदुक्तानि व्रतानि च । नियमान् क्रतवश्चैव सर्वान् राजा चकार ह
स कदाचिन्नृपः खिन्नः कर्मकाण्डं प्ररोचयन् । सर्वज्ञो योगनिद्रायां स्थित्वा पुत्रं ससर्ज ह
चतुर्वक्त्रं चतुर्बाहुं चतुर्वेदं चतुष्पथम् । तस्मादारभ्य नृपतेर्वशे पश्वादयः स्थिताः
तस्मिन् समुद्रे स नृपो वने तस्मिंस्तथैव च । तृणादिषु नृपस्सैव हस्त्यादिषु तथैव च । समोभवत् कर्मकाण्डादनुज्ञाय महामते
tatpuraṃ te praviviśurekībhūtāstato nava | puruṣo mūrttimān rājā paśupālo'bhavat kṣaṇāt
tatastatpurasaṃsthastu paśupālo mahānṛpaḥ | saṃsūcya vācakāñchabdān vedān sasmāra tatpure
ātmasvarūpiṇo nityāstaduktāni vratāni ca | niyamān kratavaścaiva sarvān rājā cakāra ha
sa kadācinnṛpaḥ khinnaḥ karmakāṇḍaṃ prarocayan | sarvajño yoganidrāyāṃ sthitvā putraṃ sasarja ha
caturvaktraṃ caturbāhuṃ caturvedaṃ catuṣpatham | tasmādārabhya nṛpatervaśe paśvādayaḥ sthitāḥ
tasmin samudre sa nṛpo vane tasmiṃstathaiva ca | tṛṇādiṣu nṛpassaiva hastyādiṣu tathaiva ca | samobhavat karmakāṇḍādanujñāya mahāmate
«В тот град вошли те, ставшие единым, — затем девять; и муж, обладающий образом, в миг стал царём Пастухом. Затем, пребывающий в том граде, Пастух, великий царь, обозначив означающие звуки, вспомнил веды в том граде — вечные, имеющие природою Атмана; и все названные ими обеты, правила и жертвы царь совершил. Однажды царь, утомлённый, предпочитая раздел деяний, всеведущий, пребыв в йогической дрёме, сотворил сына — четырёхликого, четырёхрукого, четырёхведного, четырёхдорожного. С того начиная, скот и прочие пребывают во власти царя. И в том океане тот царь, и в том лесу также; и в травах и прочем царь, и он же в слонах и прочем — равным был, передав дозволением раздел деяний, о весьма разумный».
iti śrīvarāhapurāṇe bhagavacchāstre dvāpañcāśo 'dhyāyaḥ
2382f3c152da · опубликовано 3 сент. 2026 г., 23:55:49 UTC
Доступно наRUЛистайте стихи клавишами
Войдя в построенный дом, царь «в миг стал обладающим образом». До того он был просто пасущим; тело даётся ему теми же, кто прежде на него нападал, и лишь с этого начинается всё остальное.
И первое, что он делает в новом граде, — вспоминает: «обозначив означающие звуки, вспомнил веды». Не получает их извне и не сочиняет. Веды названы вечными и «имеющими природою Атмана»: они были в нём и до града.
А утомившись обрядом, он в йогической дрёме рождает четырёхликого — Брахму — и передаёт ему всё дело деяний. Сам же остаётся «равным»: в океане, в лесу, в травах и в слонах. Тот, кто в прошлой главе сказал «я не пятнаюсь вашими состояниями», здесь показан не ушедшим, а разлитым поровну по всему, что есть.