इति बालकम् आदाय सामर्ग्-यजुर्-उपाकृतैः
जलैः पवित्रौषधिभिर् अभिषिच्य द्विजोत्तमैः
वाचयित्वा स्वस्त्ययनं नन्द-गोपः समाहितः
हुत्वा चाग्निं द्विजातिभ्यः प्रादाद् अन्नं महा-गुणम्
गावः सर्व-गुणोपेता वासः-स्रग्-रुक्म-मालिनीः
आत्मजाभ्युदयार्थाय प्रादात् ते चान्वयुञ्जत
विप्रा मन्त्र-विदो युक्तास् तैर् याः प्रोक्तास् तथाशिषः
ता निष्फला भविष्यन्ति न कदाचिद् अपि स्फुटम्
एकदारोहम् आरूढं लालयन्ती सुतं सती
गरिमाणं शिशोर् वोढुं न सेहे गिरि-कूटवत्
भूमौ निधाय तं गोपी विस्मिता भार-पीडिता
महा-पुरुषम् आदध्यौ जगताम् आस कर्मसु
iti bālakam ādāya sāmarg-yajur-upākṛtaiḥ
jalaiḥ pavitrauṣadhibhir abhiṣicya dvijottamaiḥ
vācayitvā svastyayanaṃ nanda-gopaḥ samāhitaḥ
hutvā cāgniṃ dvijātibhyaḥ prādād annaṃ mahā-guṇam
gāvaḥ sarva-guṇopetā vāsaḥ-srag-rukma-mālinīḥ
ātmajābhyudayārthāya prādāt te cānvayuñjata
viprā mantra-vido yuktās tair yāḥ proktās tathāśiṣaḥ
tā niṣphalā bhaviṣyanti na kadācid api sphuṭam
ekadāroham ārūḍhaṃ lālayantī sutaṃ satī
garimāṇaṃ śiśor voḍhuṃ na sehe giri-kūṭavat
bhūmau nidhāya taṃ gopī vismitā bhāra-pīḍitā
mahā-puruṣam ādadhyau jagatām āsa karmasu
«Так, взяв младенца, [водою,] освящённой Сама-, Риг- и Яджур[-ведою], и очищающими травами омыв [его] через лучших дваждырождённых, велев прочесть благословение, пастух Нанда, сосредоточенный, и совершив возлияние в огонь, дал дваждырождённым пищу высоких достоинств; коров, наделённых всеми достоинствами, увешанных тканями, венками и золотом, он отдал ради преуспеяния сына, и они [их] приняли. Брахманы, знающие мантры, сосредоточенные, — какие ими произнесены благословения, те никогда не станут бесплодными: это явно. Однажды, лаская сына, взобравшегося [к ней] на колени, целомудренная не смогла снести тяжести младенца — [тяжкого], как вершина горы; положив его на землю, пастушка, изумлённая, придавленная тяжестью, помыслила о Великом Муже и принялась за [домашние] дела».
93bb94d32e81 · published Aug 15, 2026, 4:00:00 PM UTC
Available inRUPage between verses with
Ниспхалах бхавишьянти на кадачит апи спхутам — «никогда не станут бесплодными: это явно». Рассказчик повторяет то же дважды за одну главу, и второй раз добавляет «явно». Похоже на настойчивое заверение — сказанное после того, как обряд не уберёг от телеги.
Гариманам... гири-кута-ват — «тяжести... как вершина горы». Мать не может удержать своего же ребёнка: тяжесть подступает без предупреждения. То же слово гариман — «тяжесть» — стоит в списке йогических совершенств.
Бхумау нидхая — «положив на землю». Она делает единственное разумное: не зовёт на помощь, не пугается, а ставит на землю. И тут же оставляет Его одного.
Маха-пурушам ададхьяу — «помыслила о Великом Муже». Ей не приходит в голову, что Он и есть тот, о ком она думает: вспоминает Бога, стоя рядом с Ним.
Аса кармасу — «принялась за дела». После необъяснимого — обратно к хозяйству. Здесь и начинается следующая беда: ребёнок остался сидеть один.