«Сверкая молниями, гремя громами, гонимые жестокими сонмами марутов, они пролили водяной град; когда тучи беспрестанно испускали струи дождя, толстые, как столбы, заливаемая потоками воды, земля не различалась — где низина, где возвышенность. От чрезмерного ливня и чрезмерного ветра скот, охваченный дрожью, и пастухи, и пастушки, измученные холодом, пошли к Говинде за прибежищем; прикрыв телом голову и сыновей, теснимые ливнем, дрожащие, подошли к подножию стоп Владыки: „Кришна, Кришна, великоудачливый! Гокулу, у которой владыка — ты, о владыка, изволь спасти нас от разгневанного бога, о любящий преданных“. Видя [Гокулу], побиваемую градом камней и чрезмерным ветром, бесчувственную, Владыка Хари счёл [это] сделанным разгневанным Индрою: „Не по времени года, крайне свирепый дождь, чрезмерный ветер, [полный] камней; когда его жертва отменена нами, Индра льёт ради погибели. Там противодействие вполне совершу Своею йогою; у мнящих себя владыками мира, от глупости, уничтожу тьму спеси от богатства. Ибо у богов, наделённых благим бытием, нет владычьего самомнения; сокрушение гордости недобрых Мною служит [их] успокоению. Поэтому стан, имеющий Меня прибежищем, Меня владыкою, Мною принятый, Я защищу Своею йогою: таков Мой обет, [Мною] положенный“».