[Царь сказал:] «Ради утверждения дхармы и ради усмирения противного [ей] ведь нисшёл Владыка, господь мира, частью [своею]. Как же он — глашатай, установитель и охранитель оплотов дхармы — поступил наперекор, о брахман, — коснувшись чужих жён? Достигший [всех] желаний, владыка Яду, совершил ведь порицаемое; с каким намерением [это было]? Рассеки нам это сомнение, о твёрдый в обете». [Шука сказал:] «Преступление дхармы видано и дерзость — у владык; у мощнейших [это] не в порок — как у огня, поедающего всё. Да не совершит этого никогда, и даже в уме, не-владыка: погибает совершающий по глупости — как не-Рудра, [проглотивший] яд, рождённый из океана. Слово владык истинно, и так же [истинно] содеянное — иногда; разумный да совершает из их [дел] то, что согласно с их же словом. От благого поведения нет им здесь никакой своей выгоды, как и от обратного — вреда, [ибо они] лишены самости, о владыка. Что уж [говорить о том], у кого во власти все существа — животные, смертные, небожители, — у властвующего и подвластных, — какая [у него] связь с благим и неблагим?»