«Затем тогда пришёл в стан Аришта, асура в облике быка, сотрясая землю, изрытую копытами, — с телом, [несущим] огромный горб, ревущий весьма резко, роющий землю ногою, задрав хвост, поддевая насыпи концом рога, то и дело роняя навоз, мочась, с застывшими глазами. От чьего рёва, милый, жестокого, у коров и у людей плоды выпадали до срока, изливались от страха; тучи садились на его горб, приняв [его] за гору. Увидев его, остророгого, пастушки и пастухи ужаснулись; скот разбежался в страхе, о царь, покинув коровий стан. „Кришна, Кришна!“ — так все они пришли к Говинде за прибежищем. И Владыка, увидев этот коровий стан, разбежавшийся от страха, успокоив словом „не бойтесь“, вызвал быка-асуру: „Что тебе, тупица, от перепуганных пастухов и скота, о худший из негодных, когда я — каратель злодеев, подобных тебе, злонравных?“ Так [сказав], Ачьюта, хлопнув [в ладони], разъяряя Аришту звуком ладоней, простёр охват руки на плечо друга и встал — Хари».