«Затем сказал Хришикеше Нарада, словно смеясь, увидев явление йогамайи у принявшего человеческий образ жизни: „Мы познали твои йогамайи, труднозримые даже для владеющих майей, о самость владык йоги, воссиявшие [нам] служением твоим стопам. Отпусти меня, о бог; миры, залитые твоею славою, я обойду, громко воспевая твои игры, очищающие вселенную“. „О брахман, я — глашатай дхармы, [я] — делатель, [я] — одобряющий её; этому уча, я утвердился в этом мире; о сын, не смущайся“. Так исполняющего благие дхармы, очищающие [дхармы] домохозяев, его же во всех домах — сущего, одного — он увидел. Великое явление йогамайи Кришны, чья доблесть бесконечна, снова и снова видя, провидец стал изумлён, [и] родилось [в нём] любопытство. Так в пользе, желании и дхарме Кришною, чья самость исполнена веры, как должно почтённый, довольный, о нём же помышляя, он ушёл. Так следуя человеческой стезёю, Нараяна, ради блага всего принявший силу, наслаждался, о [царь], снабжённый застенчивыми дружелюбными взглядами и смехом шестнадцати тысяч прекрасных жён. Какие здесь деяния, ни с чем не сравнимые, совершил Хари — причина уничтожения, возникновения и пребывания вселенной, — кто же, о [царь], воспевает, слушает или одобряет [их], — у того возникнет преданность Владыке, [что и есть] путь избавления».