«Услышав, Притха, дочь Субалы, затем Яджнясени, Мадхави, затем жёны хранителей земли и свои пастушки — о привязанности любви к Кришне, самости всего, Хари, — все весьма изумились, с очами, полными капель слёз. Так, когда женщины беседовали с женщинами, а мужи с мужами, пришли туда молчальники — из желания увидеть Кришну и Раму: Двайпаяна, Нарада, Чьявана, Девала, Асита, Вишвамитра, Шатананда, Бхарадваджа, затем Гаутама, Владыка Рама с учениками, Васиштха, Галава, Бхригу, Пуластья, Кашьяпа, Атри, Маркандея, Брихаспати, Двита, Трита и Эката — сыны Брахмы, а также Ангирас, Агастья и Яджнявалкья, Вамадева и прочие иные. Увидев их, тотчас встав, прежде сидевшие цари и прочие, Пандавы, Кришна и Рама поклонились [им], чтимым вселенною; их почтили как должно все; Ачьюта с Рамою почтил [их] приветствием, сиденьем, водою для стоп, аргхьей, венками, воскурениями и умащениями. Владыка, чьё тело охраняет дхарму, сказал удобно сидящим — того великого собрания, обуздавшего речь, слушающего: „О, мы обрели рождение [не напрасно] — обретён его плод во всей полноте: то, что труднодостижимо и для богов, — лицезрение владык йоги. Что [дивного], если у людей с малым подвижничеством, чьи глаза [видят] бога в изображении, — лицезрение, прикосновение, вопрошание, склонение, почитание стоп и прочее? Ведь не святыни, состоящие из воды, не боги, состоящие из глины и камня, — те очищают за долгое время; праведные же — одним лицезрением. Не огонь, не солнце, не месяц со звёздами, не земля, вода, пространство, дыхание, речь и ум, почитаемые [теми], кто творит различие, уносят грех; мудрые же губят [его] служением [длиною в] мухурту. У кого разумение самости — в трупе из трёх стихий, [разумение] своего — в жене и прочих, [разумение] божества — в земляном, у кого разумение святыни — в воде, [но] никогда — в людях знающих, тот и есть бык-осёл“».