Бесстыдство достигает предела: глумящийся пляшет над скорбящим, [гоня его] словно скотину окриком. Но именно слова «путь связан дхармою» обличают всё: связан не страхом, а долгом, и потому терпит поругание тот, кто сильнее всех в собрании. Пляска торжествующего над связанным дхармою есть зрелище позора — но позора пляшущего, не связанного. Стих учит, что отбросивший стыд глумится тем наглее, чем беззащитнее жертва; что величайшее унижение часто терпит сильнейший, добровольно сдержанный долгом; и что насмешка над тем, кто связан дхармою, не унижает его, а лишь полнее обнажает скотство насмешника, которому в свой час припомнится и эта пляска.