तत्र देवो गिरितटे दिव्यधातुविभूषिते ॥
पर्यङ्क इव विभ्राजन्न् उपविष्टो महामनाः ॥
व्याघ्रचर्माम्बरधरः सिंहचर्मोत्तरच्छदः ॥
व्यालयज्ञोपवीती च लोहिताङ्गदभूषणः ॥
हरिश्मश्रुर् जटी भीमो भयकर्ता सुरद्विषाम् ॥
अभयः सर्वभूतानां भक्तानां वृषभध्वजः ॥
दृष्ट्वा तम् ऋषयः सर्वे शिरोभिर् अवनीं गताः ॥
विमुक्ताः सर्वपापेभ्यः क्षान्ता विगतकल्मषाः ॥
तस्य भूतपतेः स्थानं भीमरूपधरं बभौ ॥
अप्रधृष्यतरं चैव महोरगसमाकुलम् ॥
क्षणेनैवाभवत् सर्वम् अद्भुतं मधुसूदन ॥
तत् सदो वृषभाङ्कस्य भीमरूपधरं बभौ ॥
tatra devo giritaṭe divyadhātuvibhūṣite ||
paryaṅka iva vibhrājann upaviṣṭo mahāmanāḥ ||
vyāghracarmāmbaradharaḥ siṃhacarmottaracchadaḥ ||
vyālayajñopavītī ca lohitāṅgadabhūṣaṇaḥ ||
hariśmaśrur jaṭī bhīmo bhayakartā suradviṣām ||
abhayaḥ sarvabhūtānāṃ bhaktānāṃ vṛṣabhadhvajaḥ ||
dṛṣṭvā tam ṛṣayaḥ sarve śirobhir avanīṃ gatāḥ ||
vimuktāḥ sarvapāpebhyaḥ kṣāntā vigatakalmaṣāḥ ||
tasya bhūtapateḥ sthānaṃ bhīmarūpadharaṃ babhau ||
apradhṛṣyataraṃ caiva mahoragasamākulam ||
kṣaṇenaivābhavat sarvam adbhutaṃ madhusūdana ||
tat sado vṛṣabhāṅkasya bhīmarūpadharaṃ babhau ||
«Там бог, на склоне горы, дивными рудами украшенном, как на ложе, сияющий, воссел, великий духом. Тигровой шкурой-одеждой облачённый, львиной шкурой-накидкой покрытый, змеёй-священным шнуром опоясанный, красными запястьями украшенный, желтобородый, космато-власый, страшный, страх внушающий богов врагам, бесстрашие дающий всем существам, преданным, быко-знамённый. Увидев его, риши все головами земли коснулись, освобождённые от всех грехов, терпеливые, скверны лишённые. Того Владыки существ обитель, страшный облик носящая, сияла, неодолимейшая, великими змеями полная. Вмиг же стало всё чудесным, о Мадхусудана; то собрание быко-знаменного, страшный облик носящее, сияло».
034203454231 · published Jun 22, 2026, 5:30:00 AM UTC
Available inRUPage between verses with
Образ Махешвары соткан из противоположностей: облачённый в тигровую и львиную шкуры, со змеёй вместо священного шнура, желтобородый и космато-власый, грозный, «страх внушающий врагам богов» — и в то же время «дарующий бесстрашие (abhaya) всем существам и преданным». Знаменательно это соединение: Господь, страшный для зла, бесконечно кроток к предавшимся Ему. И сама близость к Нему очищает: «увидев его, риши все коснулись челом земли и освободились от всех грехов». Так лицезрение святыни (darśana) само есть очищение. В свете преданности здесь явлены два лика Божества — грозный и милостивый, — что суть одно: ярость к неправде и нежность к смиренным исходят из единого источника. Тот, кто страшен гордым и злым, есть прибежище и бесстрашие для всякого, кто склонится пред Ним.