«Охваченные страхом всем телом, неспособные бежать, были они убиты тем ракшасом, видом подобным Смерти. Но силою того места и притом праведностью нрава были они уведены в чертог Вайкунтхи моими ганами, пребывающими близ меня. А то почитание солнца и прочее, что совершалось ими, покуда была жизнь, — тем деянием я и стал ими весьма доволен. Шайвы, сауры, ганеши, вайшнавы, почитатели Шакти — все достигают здесь именно меня, как дождевые воды достигают океана. Я один стал пятеричным, играя именами, — как некий Девадатта зовётся именами „сын“ и прочими. И затем оба они — обитающие в моём чертоге, ездящие на вимане, оба с блеском солнца, видом подобные мне, пребывающие вблизи меня — вкушают наслаждения дивных жён и сандала».