Brahmā
त्वमात्मा सर्वभूतानां सतां सत्त्वस्वरूपवान् । राजसानां रजस्त्वं च तामसानां तम एव च
चतुष्पादो भवान् देव चतुश्श्रृङ्गस्त्रिलोचनः । सप्तहस्तस्त्रिबन्धश्च वृषरूप नमोऽस्तु ते
त्वया हीना वयं देव सर्व उन्मार्गवर्त्तिनः । तन्मार्गं यच्छ मूढानां त्वं हि नः परमा गतिः
एवं स्तुतस्तदा देवैर्वृषरूपी प्रजापतिः । तुष्टः प्रसन्नमनसा शान्तचक्षुरपश्यत
दृष्टमात्रास्तु ते देवाः स्वयं धर्मेण चक्षुषा । क्षणेन गतसंमोहाः सम्यक्सद्धर्मसंहिताः
असुरा अपि तद्वच्च ततो ब्रह्मा उवाच तम् । अद्यप्रभृति ते धर्म तिथिरस्तु त्रयोदशी
tvamātmā sarvabhūtānāṃ satāṃ sattvasvarūpavān | rājasānāṃ rajastvaṃ ca tāmasānāṃ tama eva ca
catuṣpādo bhavān deva catuśśrṛṅgastrilocanaḥ | saptahastastribandhaśca vṛṣarūpa namo'stu te
tvayā hīnā vayaṃ deva sarva unmārgavarttinaḥ | tanmārgaṃ yaccha mūḍhānāṃ tvaṃ hi naḥ paramā gatiḥ
evaṃ stutastadā devairvṛṣarūpī prajāpatiḥ | tuṣṭaḥ prasannamanasā śāntacakṣurapaśyata
dṛṣṭamātrāstu te devāḥ svayaṃ dharmeṇa cakṣuṣā | kṣaṇena gatasaṃmohāḥ samyaksaddharmasaṃhitāḥ
asurā api tadvacca tato brahmā uvāca tam | adyaprabhṛti te dharma tithirastu trayodaśī
«Ты — Атман всех существ: у благих — имеющий природою саттву, у страстных ты — раджас, у тёмных — именно тамас. Четвероногий ты, о Бог, четырёхрогий, трёхокий, семирукий и тройною связью связанный, о в облике быка, — поклон да будет тебе! Лишённые тебя, о Бог, мы все идём ложным путём; дай тот путь заблудшим — ты ведь высшая наша цель». «Так воспетый тогда богами, Праджапати в облике быка, довольный, с умилостивленным умом взглянул умиротворённым оком. И едва увиденные самим Дхармою — тем оком, — боги в миг утратили помрачение и должным образом соединились с благою дхармою; и асуры так же. Затем Брахма сказал ему: „Отныне, о Дхарма, тринадцатый лунный день да будет твоим“».
27c1738d5017 · published Sep 3, 2026, 10:31:36 PM UTC
Available inRUPage between verses with
Дхарма назван Атманом всех существ — и тут же расписан по трём гунам: у благих он саттва, у страстных раджас, у тёмных тамас. Не одна лишь чистая часть мира ему принадлежит. Он присутствует и там, где темно, и не перестаёт при этом быть собою.
Просьба богов сказана просто и без оправданий: «лишённые тебя, мы все идём ложным путём; дай тот путь заблудшим». Они не сваливают всё на Сому и не выгораживают себя. Вины за собою они и не отрицают — только просят дороги.
И помощь приходит одним взглядом: он «взглянул умиротворённым оком», и помрачение спало в миг. А следующая строка стоит того, чтобы её удержать: «и асуры так же». Тот же взгляд, без разбора, снял морок и с одних, и с других — ровно как в двадцать первой главе доля Рудры была названа старшей, а не отобранной у кого-то.