मरीचिरुवाच अनाराधितगोविन्दैर् नरैः स्थानं नृपात्मज । न हि संप्राप्यते श्रेष्ठं तस्मादाराधयाच्युतम् ।
परः पराणां पुरुषो यस्य तुष्टो जनार्दनः स प्राप्नोत्य् अक्षयं स्थानम् एतत् सत्यं मयोदितम् ।
यस्यान्तः सर्वम् एवेदम् अच्युतस्याव्ययात्मनः तम् आराधय गोविन्दं स्थानम् अग्र्यं यदीच्छसि ।
परं ब्रह्म परं धाम यो ऽसौ ब्रह्म तथा परम् तम् आराध्य हरिं याति मुक्तिम् अप्य् अतिदुर्लभाम् ।
marīciruvāca anārādhitagovindair naraiḥ sthānaṃ nṛpātmaja / na hi saṃprāpyate śreṣṭhaṃ tasmādārādhayācyutam /
paraḥ parāṇāṃ puruṣo yasya tuṣṭo janārdanaḥ sa prāpnoty akṣayaṃ sthānam etat satyaṃ mayoditam /
yasyāntaḥ sarvam evedam acyutasyāvyayātmanaḥ tam ārādhaya govindaṃ sthānam agryaṃ yadīcchasi /
paraṃ brahma paraṃ dhāma yo 'sau brahma tathā param tam ārādhya hariṃ yāti muktim apy atidurlabhām /
Маричи: «Людьми, не почтившими Говинду, о царский сын, высшее место не достигается; потому снискивай благоволение Неколебимого. Кем доволен Джанардана, высший Муж среди высших, тот обретает неиссякаемое место, — это правда, мною сказанная».
Ангирас: «Внутри кого всё это — у Неколебимого, непреходящего по сути; его, Говинду, почитай, если желаешь первейшего места».
Пуластья: «Он — высший Брахман, высшая обитель, он же и высший Брахман; почтив его, Хари, обретают даже освобождение, крайне труднодостижимое».
7208aebc9095 · published Aug 21, 2026, 11:05:01 PM UTC
Available inRUPage between verses with
Мудрецы отвечают по очереди, и все шестеро говорят одно и то же.
Это не небрежность рассказчика. Так и надо: мальчик задал один вопрос, и ответ на него один. Каждый прибавляет свою черту, но никто не спорит и не предлагает другого пути.
Маричи говорит о необходимости: без этого высшего места не достигают, точка. Ангирас — о вместимости: внутри него всё, и потому место, которое ты ищешь, тоже внутри. Пуластья добавляет то, о чём мальчик и не просил: почитающий обретает освобождение, вещь куда более редкую, чем любое место.
Вот в чём тонкость их ответа. Дхрува просит места — самого высокого. Ему отвечают: обратись к тому, у кого не место, а всё; и тогда получишь и место, и то, что выше всякого места.
Никто из них не сказал: «ты не туда просишь». Они взяли просьбу как есть и подняли её выше, чем она была.