«„У Кришны был лучший из дваждырождённых, известный как Шрутадева, единственною преданностью Кришне исполненный цели, умиротворённый, вещий, нежадный. Он жил у Видехов, в Митхиле, домохозяин, без усилия, [тем], что пришло, исполняя свои обряды; лишь [на] прокорм день за днём по судьбе приходило, не больше; тем довольный, он совершал обряды, как подобает. Так же хранитель той страны, о [царь], известный как Бахулашва, Майтхила, лишённый самомнения; оба они были милы Ачьюте. Довольный ими, Владыка, взойдя на колесницу, приведённую Дарукою, вместе с молчальниками, отправился к Видехам — владыка: Нарада, Вамадева, Атри, Кришна [Двайпаяна], Рама, Асита, Аруни, я, Брихаспати, Канва, Майтрея, Чьявана и прочие. Тут и там его, идущего, горожане и сельские [люди], о царь, встречали с аргхьей в руках — как светила восходящее солнце. Анарты, [жители] пустынь, Куру, Джангалы, Канки, Матсьи, Панчалы, Кунти, Мадху, Кекаи, Кошалы, Арны и иные — лотос его лица со щедрою улыбкою и ласковым взглядом, о царь, пили очами — мужи и жёны. Им, чьё зрение своим взглядом избавлено от тьмы, наставник трёх миров, даруя благополучие и видение цели, слушая свою славу, белящую пределы сторон света, губящую неблагое, воспетую богами и людьми, медленно шёл к Видехам. Услышав, что Ачьюта прибыл, горожане и сельские [люди], о царь, радостные, пошли к нему, с почестями в руках; увидев Прославляемого, с лицами и сердцами, расцветшими от любви, со сложенными на голове ладонями, они поклонились [ему], а также молчальникам, о которых слышали прежде. Считая, что он прибыл ради их милования, — того наставника мира — Майтхила и Шрутадева пали к стопам владыки; они пригласили Дашарху гостеприимством, вместе с дваждырождёнными, — Майтхила и Шрутадева — разом, со сложенными ладонями. Владыка, распознав то, из желания сделать приятное обоим, вошёл в дом обоих — [оставшись] обоими в том незамеченным“».