«„Теперь поведайте о бхагавате: какова его дхарма у людей, как он поступает, что говорит, по каким признакам он мил Владыке“. „Кто во всех существах видит бытие Владыки [как] своей самости, а существа — во Владыке, самости, — тот наилучший бхагавата. К господу, к подвластным ему, к неразумным и к враждующим — кто являет любовь, дружбу, сострадание и невнимание, тот средний. Кто лишь в изображении Хари с верою совершает почитание, а не к его преданным и иным, — тот считается обычным преданным. Кто, и приняв чувствами предметы, не ненавидит и не ликует, видя это [как] майю Вишну, — тот, воистину, наилучший бхагавата. Кто мучениями тела, чувств, дыханий, ума и разумения — рождением, гибелью, голодом, страхом, жаждою — свойствами круговорота не обморочен, — памятованием о Хари, — тот главнейший из бхагават. У кого в сознании нет возникновения семян желания и деяния, [кто имеет] Васудеву единственным пристанищем, — тот, воистину, наилучший бхагавата. У кого ни от рождения и деяния, ни от сословия, уклада и породы не прилепляется к этому телу чувство «я», — тот, воистину, мил Хари. У кого нет различия «свой», «чужой» — ни в имуществе, ни в самости, [кто] равен ко всем существам, умиротворён, — тот, воистину, наилучший бхагавата. Даже ради обретения богатств трёх миров [тот], чья память не притупляется, — от [стоп], взыскуемых богами и прочими, чья самость не покорена, не сходит с лотосов-стоп Владыки и на полмгновения-полмига, — тот первейший из вайшнавов. В сердце, [где] зной отброшен лунным светом самоцветов-ногтей на побегах-[пальцах] стоп Владыки, широко шагающего, как у прибегающих он вновь возобладает — как зной солнца при взошедшем месяце? Чьего сердца воочию не покидает Хари, губящий потоки греха, — даже [если] назван невольно, [кем] лотос-стопа удержан вервием любви, — тот и назван главнейшим из бхагават“».