दिण्डिरुवाच ब्राह्मणैः क्षत्रियैर्वैश्यैः शूद्रैः स्त्रीभिश्च कञ्जज । संसारगर्ते पङ्कस्थे सुगतिः प्राप्यते कथम्
ब्रह्मोवाच अनाराध्य जगन्नाथं गोपतिं ध्वान्तनाशनम् । निर्व्यलीकेन चित्तेन कः प्रयास्यति सद्गतिम्
विषयग्राहि वै यस्य न चित्तं भास्करार्पितम् । स कथं पापपङ्काक्तो नरो यास्यति सद्गतिम्
यदि संसारदुःखार्तः सुगतिं गन्तुमिच्छसि । तदाराधय सर्वेशं भास्करं ज्योतिषां पतिम्
पुष्पैः सुगन्धैर्हद्यैश्च धूपैः सागरुचन्दनैः । वासोभिर्भूषणैर्भक्ष्यैरुपवासपरायणः
यदि संसारनिर्वेदादभिवाच्छसि सद्गतिम् । तदाराधय मार्तण्डं भक्तिप्रवणचेतसा
पुष्पाणि यदि ते न स्नुः शस्तपादपपल्लवैः । दूर्वाङ्करैरपि दिण्डे तदभावेऽर्चयार्यमम्
पुष्पपत्राम्बुभिर्धूपैर्यथाविभवमात्मनः । पूजितस्तुष्टिमतुलां भक्त्या यात्येकचेतसा
diṇḍiruvāca brāhmaṇaiḥ kṣatriyairvaiśyaiḥ śūdraiḥ strībhiśca kañjaja | saṃsāragarte paṅkasthe sugatiḥ prāpyate katham
brahmovāca anārādhya jagannāthaṃ gopatiṃ dhvāntanāśanam | nirvyalīkena cittena kaḥ prayāsyati sadgatim
viṣayagrāhi vai yasya na cittaṃ bhāskarārpitam | sa kathaṃ pāpapaṅkākto naro yāsyati sadgatim
yadi saṃsāraduḥkhārtaḥ sugatiṃ gantumicchasi | tadārādhaya sarveśaṃ bhāskaraṃ jyotiṣāṃ patim
puṣpaiḥ sugandhairhadyaiśca dhūpaiḥ sāgarucandanaiḥ | vāsobhirbhūṣaṇairbhakṣyairupavāsaparāyaṇaḥ
yadi saṃsāranirvedādabhivācchasi sadgatim | tadārādhaya mārtaṇḍaṃ bhaktipravaṇacetasā
puṣpāṇi yadi te na snuḥ śastapādapapallavaiḥ | dūrvāṅkarairapi diṇḍe tadabhāve'rcayāryamam
puṣpapatrāmbubhirdhūpairyathāvibhavamātmanaḥ | pūjitastuṣṭimatulāṃ bhaktyā yātyekacetasā
«Динди сказал: „Брахманами, кшатриями, вайшьями, шудрами и женщинами, о Лотосорождённый, как обретается благой путь в яме бывания, стоящей в грязи?“ Брахма сказал: „Не послужив владыке мира, владыке лучей, разрушителю тьмы, — кто с нелукавым сердцем пойдёт благим путём? У кого сердце хватает предметы и не вручено Бхаскаре, — как тот человек, вымазанный грязью греха, пойдёт благим путём? Если, томимый страданием бывания, ты желаешь идти благим путём, — тогда служи владыке всего, Бхаскаре, владыке светил: цветами благоуханными и отрадными, курениями с алоэ и сандалом, одеждами, украшениями и снедью, будучи предан посту. Если от отвращения к быванию ты жаждешь благого пути, — тогда служи Мартанде сердцем, склонённым к вере. Если у тебя нет цветов — добрыми древесными побегами, хотя бы ростками дурвы, о Динди, а в их отсутствие — почитай Арьямана цветами, листьями, водою и курениями, по своему достатку: почтённый, он приходит к несравненному довольству — от веры с единым сердцем“».
b69906e498a1 · publicado 19 ago 2026, 10:00:00 UTC
Disponible enRUPasa de verso en verso con
Брахманаих кшатрияир ваишьяих шудраих стрибхиш ча — «брахманами, кшатриями, вайшьями, шудрами и женщинами». Вопрос поставлен обо всех сразу, и женщины названы наравне с сословиями. Спрашивают не о избранных. Вопрос поставлен обо всех разом, включая женщин.
Самсара-гарте панкастхе — «в яме бывания, стоящей в грязи». Образ выбран самый низкий: не море, а яма с грязью. И положение всех названных — одинаково. Положение всех разрядов описано как одинаковое.
Нирвьяликена читтена — «с нелукавым сердцем». Слово редкое: без притворства, без задней мысли. Условие поставлено к внутреннему расположению. Условием поставлено отсутствие притворства.
Вишая-грахи ваи ясья на читтам — «у кого сердце хватает предметы». Сердце названо хватающим — оно само тянется и берёт. Наблюдение то же, что и в шестьдесят первой главе. Ум описан как хватающий, а не как хватаемый.
Пушпани яди те на снух... дурванкураир апи — «если нет цветов... хотя бы ростками дурвы». Второй раз за две главы дурва названа заменою цветам. Замена стоит твёрдо. Замена дорогого травою повторена и закреплена.
Ятха-вибхавам атманах — «по своему достатку». И снова та же мера. Ею книга кончает всякое требование, какое перед тем поставила. Всякое требование замыкается мерою собственного достатка.