कलिङ्गदेशे पश्चार्धे पर्वतेऽमरकण्टके । पुण्या च त्रिषु लोकेषु रमणीया मनोरमा
सदेवासुरगन्धर्वा ऋषयश्च तपोधनाः । तपस्तप्त्वा महाराज सिद्धिं च परमां गताः
तत्र स्नात्वा महाराज नियमस्थो जितेन्द्रियः । उपोष्य रजनीमेकां कुलानां तारयेच्छतम्
जनेश्वरे नरः स्नात्वा पिण्डं दत्त्वा यथाविधि । पितरस्तस्य तृप्यन्ति यावदाभूतसम्प्लवम्
पर्वतस्य समन्तात्तु रुद्रकोटिः प्रतिष्ठिता । स्नानं यः कुरुते तत्र गन्धमाल्यानुलेपनम्
प्रीता तस्य भवेत्सर्वा रुद्रकोटिर्न संशयः । पर्वते पश्चिमस्यान्ते स्वयं देवो महेश्वरः
तत्र स्नात्वा शुचिर्भूत्वा ब्रह्मचारी जितेन्द्रियः । पितृकार्यं तु कुवींत विधिदृष्टेन कर्मणा
kaliṅgadeśe paścārdhe parvate'marakaṇṭake | puṇyā ca triṣu lokeṣu ramaṇīyā manoramā
sadevāsuragandharvā ṛṣayaśca tapodhanāḥ | tapastaptvā mahārāja siddhiṃ ca paramāṃ gatāḥ
tatra snātvā mahārāja niyamastho jitendriyaḥ | upoṣya rajanīmekāṃ kulānāṃ tārayecchatam
janeśvare naraḥ snātvā piṇḍaṃ dattvā yathāvidhi | pitarastasya tṛpyanti yāvadābhūtasamplavam
parvatasya samantāttu rudrakoṭiḥ pratiṣṭhitā | snānaṃ yaḥ kurute tatra gandhamālyānulepanam
prītā tasya bhavetsarvā rudrakoṭirna saṃśayaḥ | parvate paścimasyānte svayaṃ devo maheśvaraḥ
tatra snātvā śucirbhūtvā brahmacārī jitendriyaḥ | pitṛkāryaṃ tu kuvīṃta vidhidṛṣṭena karmaṇā
«В стране Калинга, в западной её половине, на горе Амараканте — святая и в трёх мирах пленительная, услаждающая сердце. Боги, асуры и гандхарвы и богатые подвигом риши, совершив там подвиг, о великий царь, достигли высшего совершенства. Омывшись там, о великий царь, стоящий в обете и обуздавший чувства, постясь одну ночь, переправит он сто родов. Омывшись в Джанешваре и дав пинду как должно, человек [делает так, что] предки его насыщены до самого потопа существ. Вокруг горы утверждена Рудракоти; кто совершает там омовение с благовониями, венками и умащением, тем довольна будет вся Рудракоти — нет сомнения. На горе, у западного края, — сам бог Махешвара. Омывшись там и став чистым, целомудренный, обуздавший чувства, пусть совершит обряд предкам предписанным образом».
0e50d1a6bb1d · publicado 3 sept 2026, 4:13:39 UTC
Disponible enRUPasa de verso en verso con
Мера, обещанная здесь, огромна: одна ночь поста переправляет сто родов, а поднесённая пинда насыщает предков «до самого потопа существ» — до конца этого мира. Такие числа не для арифметики; они говорят, что сделанное однажды не пропадает и что человек связан с родом крепче, чем ему кажется. Идёт один, а переправляются сотни. И всё же условие не снимается: омывшийся должен «стоять в обете» и обуздать чувства. Река принимает всякого; то, что через неё передаётся предкам, требует чистоты передающего.