बहुनात्र किमुक्तेन स एव जगतः पतिः । स कर्ता च विकर्ता च संहर्ता च हृदि स्थितः ।
स भोक्ता भोज्यमप्येवं स एव जगदीश्वरः । भवद्भिर् एतत्क्षन्तव्यं बाल्यादुक्तं तु यन्मया ।
दह्यमानस् त्वम् अस्माभिर् अग्निना बाल रक्षितः भूयो न वक्ष्यसीत्य् एवं नैवं ज्ञातो ऽस्य् अबुद्धिमान् ।
यद्य् अस्मद्वचनान् मोहग्राहं न त्यक्ष्यते भवान् ततः कृत्यां विनाशाय तव सृक्ष्याम दुर्मते ।
कः केन रक्ष्यते जन्तुर् जन्तुः कः केन हन्यते हन्ति रक्षति चैवात्मा जगत् सर्वं चराचरम् ।
कर्मणा जायते सर्वं कर्मैव गतिसाधनम् । तस्मात्सर्वप्रयत्नेन साधु कर्म समाचरेत् ।
bahunātra kimuktena sa eva jagataḥ patiḥ / sa kartā ca vikartā ca saṃhartā ca hṛdi sthitaḥ /
sa bhoktā bhojyamapyevaṃ sa eva jagadīśvaraḥ / bhavadbhir etatkṣantavyaṃ bālyāduktaṃ tu yanmayā /
dahyamānas tvam asmābhir agninā bāla rakṣitaḥ bhūyo na vakṣyasīty evaṃ naivaṃ jñāto 'sy abuddhimān /
yady asmadvacanān mohagrāhaṃ na tyakṣyate bhavān tataḥ kṛtyāṃ vināśāya tava sṛkṣyāma durmate /
kaḥ kena rakṣyate jantur jantuḥ kaḥ kena hanyate hanti rakṣati caivātmā jagat sarvaṃ carācaram /
karmaṇā jāyate sarvaṃ karmaiva gatisādhanam / tasmātsarvaprayatnena sādhu karma samācaret /
«Да к чему тут много слов: он и есть владыка мира; он творец, изменяющий и свёртывающий, и он в сердце; он вкушающий и вкушаемое, он же владыка мира. А что сказано мною по детскости — то простите вы мне».
— «Сжигаемого огнём, дитя, мы тебя спасли — с тем, что впредь ты так говорить не будешь; но ты, неразумный, не таким оказался. И если по нашему слову ты не оставишь хватку обольщения, тогда, злоумный, сотворим мы на погибель тебе критью».
— «Кто и кем охраняется? кто и кем убивается? Убивает и хранит Душа — весь мир, движущийся и неподвижный. Делом рождается всё, и дело есть средство к участи; потому всяким усилием да совершает человек доброе дело».
1c25f2de4127 · publicado 22 ago 2026, 0:05:14 UTC
Disponible enRUPasa de verso en verso con
Кончив разбор, мальчик просит прощения: «что сказано мною по детскости — то простите вы мне».
Он не берёт слов назад. Он просит прощения за тон: за то, что перебивал старших, за смех, за то, что вышел за меру. Это и есть настоящее почтение, а не молчаливое согласие.
Жрецы же отвечают тем, что раскрывают свою прежнюю доброту: «мы тебя спасли — с тем, что впредь ты так говорить не будешь». Оказывается, это была сделка. Спасали не даром.
И вот их последняя угроза — критья.
А ответ мальчика бьёт в самое основание всякой угрозы: «кто и кем охраняется? кто и кем убивается?» Вы говорите «мы тебя спасли» и «мы тебя погубим»; но ни спасение, ни гибель не в вашей руке.
И тут же он прибавляет то, что уравновешивает сказанное: делом рождается всё; потому всяким усилием совершайте доброе. Если не ты решаешь, кому жить, — это не значит, что можно делать что угодно. Именно потому и стоит делать доброе: последствия не в твоих руках, а дело — в твоих.