rahūgaṇa uvāca
नमो नमः कारण-विग्रहाय स्वरूप-तुच्छीकृत-विग्रहाय
नमो ऽवधूत द्विज-बन्धु-लिङ्ग- निगूढ-नित्यानुभवाय तुभ्यम्
ज्वरामयार्तस्य यथागदं सत् निदाघ-दग्धस्य यथा हिमाम्भः
कुदेह-मानाहि-विदष्ट-दृष्टेः ब्रह्मन् वचस् ते ऽमृतम् औषधं मे
namo namaḥ kāraṇa-vigrahāya svarūpa-tucchīkṛta-vigrahāya
namo 'vadhūta dvija-bandhu-liṅga- nigūḍha-nityānubhavāya tubhyam
jvarāmayārtasya yathāgadaṃ sat nidāgha-dagdhasya yathā himāmbhaḥ
kudeha-mānāhi-vidaṣṭa-dṛṣṭeḥ brahman vacas te 'mṛtam auṣadhaṃ me
Царь сказал: «Поклон, поклон тому, чей облик есть причина и чьим собственным обликом умалены все облики; поклон тебе, отрешённый, чей вечный опыт скрыт под видом негодного брахмана. Как истинное снадобье для мучимого горячкой, как студёная вода для сожжённого зноем, — так слово твоё, о брахман, нектар и лекарство мне, у кого зрение ужалено змеёю гордыни дурным телом.
fe82475b9246 · опубликовано 14 авг. 2026 г., 15:00:00 UTC
Доступно наRUЛистайте стихи клавишами
Три сравнения подряд, и все врачебные: он говорит с тем, кого только что оскорбил, языком больного.
Ку-деха-мана-ахи-видашта-дриштех — «у кого зрение ужалено змеёю гордыни дурным телом». Змеиный яд, по поверью, отнимает зрение прежде жизни; гордыня описана как укус, от которого перестаёшь видеть.
Двиджа-бандху-линга-нигудха — «скрытый под видом негодного брахмана». Царь берёт то самое прозвище, каким его дразнили, и называет его личиной.