«Так все, весьма разъярённые, взойдя на повозки, в доспехах, окружённые каждый своим войском, погнались, держа луки. Увидев их налетающими, вожди ратей Ядавов встали лицом к ним, о царь, заставив загреметь свои луки; на спинах коней, на загривках слонов, на площадках колесниц искусные в оружии испускали ливни стрел — как тучи воду на горы. Увидев войско супруга, скрытое ливнями стрел, тонкостанная застенчиво взглянула на его лицо, с глазами, охваченными страхом. Усмехнувшись, Владыка сказал: „Не бойся, о прекрасноокая; ныне же это вражье войско погибнет — от твоих [людей]“. Не стерпев их натиска, герои — Гада, Санкаршана и прочие — стальными стрелами били коней, слонов и колесницы; падали на землю головы колесничих, конных и слоновых [бойцов] с серьгами и венцами, и с тюрбанами — миллионами, руки с мечами, палицами и луками, кисти, бёдра, ноги и головы коней, мулов, слонов, верблюдов, ослов и людей. Цари, чьи войска и рати избивались Вришни, жаждущими победы, ушли, обратив лица [вспять], во главе с Джарасандхою. Подойдя к Шишупале, измученному, точно у [него] отняли жену, утратившему блеск, лишившемуся рвения, с высохшим лицом, они сказали: „Эй, эй, о тигр среди мужей, оставь это уныние; не видно, о царь, у воплощённых постоянства в милом и немилом. Как деревянная кукла пляшет по воле кукловода, так этот [человек], подвластный господу, действует в счастье и горе. Я семнадцать раз был побеждён Шаури в битвах, с двадцатью тремя войсками; лишь однажды я победил. И всё же я не скорблю и не ликую никогда, зная, что мир гоним Временем, соединённым с судьбою. И ныне все мы — вожди вождей ратей героев — побеждены ничтожными по устройству Яду, хранимыми Кришною. Враги победили ныне, когда Время следует за ними; тогда победим мы, когда Время будет благосклонно“. Так вразумлённый друзьями, Чайдья ушёл со свитою в [свой] город, и те цари, уцелевшие от избиения, тоже ушли каждый в свой город».