«Услышав, что Нарака убит, и о женитьбе на женщинах — одним Кришною на многих, — Нарада возжелал то увидеть: „Диво, увы, это: одним телом, разом, порознь, в домах — шестнадцать тысяч женщин один взял в жёны“. Так, взволнованный, божественный провидец пришёл смотреть Двараку — оглашённую сонмами птиц и пчёл в цветущих рощах и садах, распустившимися индиварами, лотосами, кахларами, кумудами и утпалами в озёрах, испещрённых [ими], громко оглашённую лебедями и журавлями, снабжённую девятьюстами тысячами дворцов — хрустальных и серебряных, подобных великим изумрудам, с золотою и самоцветною утварью, прекрасную разделёнными улицами, дорогами, площадями и лавками, залами, собраниями и обителями богов, с политыми дорогами, дворами, проездами и порогами, где зной отвращён реющими стягами и знамёнами. В ней — внутренний покой, богатый, чтимый всеми владыками обителей, где Тваштар во всей полноте явил своё умение для Хари. Там, украшенный шестнадцатью тысячами покоев, он вошёл в один из великих дворцов жён Шаури — подпёртый коралловыми столпами с превосходными вайдурьевыми плитами, со стенами из сапфиров и полом с неугасающим блеском, с пологами, сотворёнными Тваштаром, свисающими нитями жемчуга, с сиденьями и ложами из слоновой кости, отделанными лучшими самоцветами, украшенный служанками с золотыми [цепями] на шеях, в прекрасных одеждах, и мужами в кафтанах, чалмах, прекрасных одеждах и самоцветных серьгах, где тьма отогнана сиянием множества самоцветных светильников; на разноцветных карнизах павлины, о [царь], пляшут там, увидев глазами исходящий воскуряемый дым агуру, [приняв его] за тучу, громко крича».