«Столько сказав, Владыка, отвратившийся [даже] от убиения дурных, по [неизбежности] грядущего, ударил его концом травы куша, [бывшей] в руке, — господь. „Увы, увы“ — говорящие, все молчальники, с опечаленным умом, сказали богу Санкаршане: „Недхарма тобою сотворена, о владыка! Ему брахманское сиденье дано нами, о отрада Яду, и срок жизни, и неутомимость — на столько, сколько длится саттра. Тобою, как бы незнающим, совершено [нечто] вроде убиения брахмана; для тебя, владыки йоги, и предание не есть управитель. Если [есть] очищение от этого убиения брахмана, о очиститель миров, ты совершишь [его] — ради удержания мира, никем иным не побуждаемый“. „Я совершу искупление убийства — из желания милости миру; какое ограничение [положено] по первому установлению — то и да будет назначено. Долгий срок жизни, увы, ему, и сила, и чувства — что было испрошено, то скажите: я исполню йогамайей“. „[Так], чтобы у оружия, у твоей доблести, у смерти и у нас слово стало истинным, — так, о Рама, да будет назначено“. „«Сын, рождённый, — воистину сам [отец]»: таково наставление Веды; потому пусть его [сын] будет сказителем, наделённым сроком жизни, чувствами и силою“. „Каково ваше желание, о лучшие из молчальников? Скажите: я исполню; и [как] искупление за меня, незнавшего, — да будет обдумано мудрыми“. „Сын Ильвалы, страшный данава по имени Балвала, — он оскверняет нашу саттру, приходя в каждое новолуние; убей того грешника, о Дашарха; то — высшее услужение нам, — [того], кто осыпает гноем, кровью, калом, мочою, сурою и мясом. И затем, обойдя землю Бхараты, весьма сосредоточенный, проведя двенадцать месяцев, омываясь в святынях, ты очистишься“».