गुग्गुलं विघ्नपतये विश्वेभ्यो देयमोदनम् । ऋषिभ्यो ब्रह्मवृक्षं तु नागेभ्यो विषमुत्तमम्
भास्करस्येह देयानि सकलानि गणाधिप१ । मधुसर्पिस्तथोक्तानि गैरिकस्य त्रिलोचन
न्यग्रोधं तस्य वाहेभ्यो भक्त्या रुद्र निवेदयेत् । सायं प्रातस्तु मध्याह्ने सदैकाग्रमना हर
सर्वेषां शक्तितो भक्त्या दहेद्धूपं विचक्षणः । मन्त्रतो देवशार्दूल यो यस्येह प्रकीर्तितः
शान्त्यर्थं ब्राह्मणेभ्यस्तु तिलान्दद्याद्विचक्षणः । वैश्वानरे वा जुहुयाद् घृतेन सहितान्हर
देवानाममृतं ह्येते पितॄणां हि स्वधामृतम् । शरणं ब्राह्मणानां च सदा ह्येतान्विदुर्बुधाः
कस्यपस्याङ्गजा ह्येते पवित्राश्च तथा हर । स्नाने दाने तथा होमे तर्पणेह्यशने पराः
guggulaṃ vighnapataye viśvebhyo deyamodanam | ṛṣibhyo brahmavṛkṣaṃ tu nāgebhyo viṣamuttamam
bhāskarasyeha deyāni sakalāni gaṇādhipa1 | madhusarpistathoktāni gairikasya trilocana
nyagrodhaṃ tasya vāhebhyo bhaktyā rudra nivedayet | sāyaṃ prātastu madhyāhne sadaikāgramanā hara
sarveṣāṃ śaktito bhaktyā daheddhūpaṃ vicakṣaṇaḥ | mantrato devaśārdūla yo yasyeha prakīrtitaḥ
śāntyarthaṃ brāhmaṇebhyastu tilāndadyādvicakṣaṇaḥ | vaiśvānare vā juhuyād ghṛtena sahitānhara
devānāmamṛtaṃ hyete pitṝṇāṃ hi svadhāmṛtam | śaraṇaṃ brāhmaṇānāṃ ca sadā hyetānvidurbudhāḥ
kasyapasyāṅgajā hyete pavitrāśca tathā hara | snāne dāne tathā home tarpaṇehyaśane parāḥ
«„Гуггул — владыке помех, Всебогам должна быть дана рисовая снедь; мудрецам — дерево Брахмы, а нагам — отменный яд. Бхаскаре здесь должно быть подано всё сразу, о владыка сонмов; мёд и топлёное масло названы так же, и охра, о трёхокий. Ньягродху её упряжным с верою, о Рудра, да поднесёт. Вечером, утром и в полдень, всегда с единонаправленным умом, о Хара, — для всех по силе и с верою да возжигает курение прозорливый, по мантре, о тигр среди богов: которая для кого здесь возглашена. Ради умирения да даст прозорливый брахманам кунжут, или же да возольёт его на Вайшванару вместе с топлёным маслом, о Хара. Ибо они — бессмертный напиток богов, а отцам — свадха-амрита, и прибежище брахманов: так их всегда знают мудрые. Ибо они рождены от тела Кашьяпы и потому очистительны, о Хара: при омовении, даянии, возлиянии, насыщении и вкушении они наилучшие“».
e20480c7c61f · опубликовано 19 авг. 2026 г., 09:00:00 UTC
Доступно наRUЛистайте стихи клавишами
Нагебхьо вишам уттамам — «нагам — отменный яд». Змеям подносят яд. Соображение то же, что и с рыбою для орла: дают то, что своё. Только доведено до предела. Правило „каждому своё“ доведено до подношения яда змеям.
Сарвешам шактито бхактья — «для всех по силе и с верою». Оговорка про силу и здесь: длинный список приношений разом смягчён. Не осилишь всего — делай, что можешь. Длинный перечень требований смягчён одною оговоркою.
Саям пратас ту мадхьяхне — «вечером, утром и в полдень». Трижды в день — обычный распорядок домашнего обряда. Дело расписано по солнцу, как и всё в этой книге. Распорядок дня отсчитан по положению солнца.
Тилан дадьяд вичакшанах — «да даст кунжут». Кунжуту отведены три стиха хвалы. Дешёвое зерно поднято до уровня жертвенного вещества. Дешёвое зерно поставлено вровень с дорогими приношениями.
Деванам амритам хьете питринам хи свадхамритам — «они — напиток бессмертия богов, а отцам — свадха-амрита». Кунжут назван амритою. Слово это в книге не разбрасывают, а здесь потратили на семечко. Слово о бессмертном напитке потрачено на обыденное зерно.
Снане дане татха хоме тарпане — «при омовении, даянии, возлиянии, насыщении». Названы все обряды, где кунжут нужен, — и все они домашние, ежедневные. Речь идёт о том, что есть у каждого. Перечислены обряды, доступные всякому дому.