Śrī-Kṛṣṇa
दृष्ट्वा तु वामनं जातं यदि सा वक्तुमुद्यता ॥ निरुद्धवाक्या ह्यभवद्वक्तुं किंचिन्न पारितम्
एकादश्यां भाद्रपदे श्रवणेन नरोत्तम ॥ संचचाल मही जाते वामने तु त्रिविक्रमे
भयं बभूव दैत्यानां देवानां तोष आभवत् ॥ जातकर्मादिकांस्तस्य संस्कारान्स्वयमेव हि
चकार कश्यपो धीमान्प्रजापतिरनुद्यतः ॥ आबद्धमेखलो दंडी धृत्वा यज्ञोपवीतकम्
कुशस्वच्छोदकधरः कमंडलुविभूषितः ॥ बलेर्बलवतो यज्ञं जगाम बहुविस्तरम्
दृष्ट्वा बलिमथोवाच वामनोऽभ्येत्य तत्क्षणम् ॥ अथ चाह यज्ञपते दीयतां मम मेदिनी
dṛṣṭvā tu vāmanaṃ jātaṃ yadi sā vaktumudyatā || niruddhavākyā hyabhavadvaktuṃ kiṃcinna pāritam
ekādaśyāṃ bhādrapade śravaṇena narottama || saṃcacāla mahī jāte vāmane tu trivikrame
bhayaṃ babhūva daityānāṃ devānāṃ toṣa ābhavat || jātakarmādikāṃstasya saṃskārānsvayameva hi
cakāra kaśyapo dhīmānprajāpatiranudyataḥ || ābaddhamekhalo daṃḍī dhṛtvā yajñopavītakam
kuśasvacchodakadharaḥ kamaṃḍaluvibhūṣitaḥ || balerbalavato yajñaṃ jagāma bahuvistaram
dṛṣṭvā balimathovāca vāmano'bhyetya tatkṣaṇam || atha cāha yajñapate dīyatāṃ mama medinī
«„Увидев же родившегося карлика, — если она и порывалась сказать, — речь её пресеклась: сказать что-либо она не смогла. В одиннадцатый день в бхадрападу, под Шраваною, о лучший из мужей, сотряслась земля, когда родился карлик Тривикрама. Страх был у дайтьев, а у богов было довольство. Обряд рождения и прочие таинства над ним сам совершил разумный Кашьяпа, Праджапати, неторопливо. Препоясанный поясом, с посохом, надев жертвенный шнур, держащий траву кушу и чистую воду, украшенный водоносом, — пошёл он на жертву могучего Бали, весьма обширную“».
aed072525c22 · опубликовано 21 авг. 2026 г., 04:07:45 UTC
Доступно наRUЛистайте стихи клавишами
Нируддха-вакья — «речь её пресеклась». Мать, увидев сына, хочет что-то сказать и не может. Что именно, не сказано, и умолчание красноречивее слов. Первое движение матери при виде такого сына — заговорить, и ей это не дано.
Вактум кинчин на паритам — «сказать что-либо она не смогла». Повторено дважды, что сказать она не смогла. Настойчивость эта показывает, что удержано было нечто существенное. Двойной повтор о немоте матери выдаёт, что удержано было существенное.
Санчачала махи — «сотряслась земля». Знамение при рождении — землетрясение, вещь бедственная. Знак величия совпал с бедствием. Знамением величия избрано стихийное бедствие.
Бхаям бабхува даитьянам — «страх был у дайтьев». Одно событие даёт страх одним и радость другим. Книга снова не притворяется беспристрастной. Одно и то же рождение названо страхом для одних и радостью для других.
Кашьяпо анудьятах — «Кашьяпа... неторопливо». Отец совершает обряды сам и без спешки. Из всей главы это самое домашнее место. Отец сам справляет обряды над сыном, и делает это не торопясь.
Абаддха-мекхало данди — «препоясанный поясом, с посохом». Идущий снаряжён как ученик-брахман: пояс, посох, шнур, водонос. Величайший приходит в облике младшего просителя. Наряд выбран ученический, то есть самый безобидный.