ततो व्यपोहमानास् ते पाण्डवार्थे हुताशनम् ॥
निषादीं ददृशुर् दग्धां पञ्चपुत्राम् अनागसम् ॥
खनकेन तु तेनैव वेश्म शोधयता बिलम् ॥
पांसुभिः प्रत्यपिहितं पुरुषैस् तैर् अलक्षितम् ॥
ततस् ते प्रेषयाम् आसुर् धृतराष्ट्रस्य नागराः ॥
पाण्डवान् अग्निना दग्धान् अमात्यं च पुरोचनम् ॥
tato vyapohamānās te pāṇḍavārthe hutāśanam ||
niṣādīṃ dadṛśur dagdhāṃ pañcaputrām anāgasam ||
khanakena tu tenaiva veśma śodhayatā bilam ||
pāṃsubhiḥ pratyapihitaṃ puruṣais tair alakṣitam ||
tatas te preṣayām āsur dhṛtarāṣṭrasya nāgarāḥ ||
pāṇḍavān agninā dagdhān amātyaṃ ca purocanam ||
«Затем, разгребая пепелище в поисках тел Пандавов, они увидели сгоревшую безвинную нишадку с пятью сыновьями; а подземный ход тем же землекопом был засыпан пылью и не замечен теми людьми. Тогда горожане послали Дхритараштре весть, что Пандавы сожжены огнём, и советник Пурочана».
2233cf4ae68f · опубликовано 12 июл. 2026 г., 17:03:09 UTC
Доступно наRUENЛистайте стихи клавишами
Здесь обман завершается: чужие тела приняты за Пандавов. Знаменательна предусмотрительность землекопа, засыпавшего ход: малая подробность довершает спасение, скрыв его след. Здесь видно, что в деле избавления промысл действует и через тщательность верного слуги. Знаменательно и скорбное упоминание о безвинной нишадке: писание не даёт забыть о ней, и читатель помнит цену, [невольно] заплаченную за спасение. Так весть о мнимой гибели Пандавов уходит к Дхритараштре — и злодеи поверят, что замысел удался, а праведные тем временем уже спасены.