राजोवाच
नावमंस्याम्य् अहं ब्रह्मन् कदा चिद् ब्राह्मणर्षभान् ॥
त्वन् निदेशे स्थितः शश्वत् पुजयिष्याम्य् अहं द्विजान् ॥
इक्ष्वाकूणां तु येनाहम् अनृणः स्यां द्विजोत्तम ॥
तत् त्वत्तः प्राप्तुम् इच्छामि वरं वेदविदां वर ॥
अपत्यायेप्सितां मह्यं महिषीं गन्तुम् अर्हसि ॥
शीलरूपगुणोपेताम् इक्ष्वाकुकुलवृद्धये ॥
rājovāca
nāvamaṃsyāmy ahaṃ brahman kadā cid brāhmaṇarṣabhān ||
tvan nideśe sthitaḥ śaśvat pujayiṣyāmy ahaṃ dvijān ||
ikṣvākūṇāṃ tu yenāham anṛṇaḥ syāṃ dvijottama ||
tat tvattaḥ prāptum icchāmi varaṃ vedavidāṃ vara ||
apatyāyepsitāṃ mahyaṃ mahiṣīṃ gantum arhasi ||
śīlarūpaguṇopetām ikṣvākukulavṛddhaye ||
«Не пренебрегу я, о брахман, никогда быками-брахманами; пребывая всегда в твоём повелении, буду чтить дваждырождённых. А дар, коим я стал бы свободен от долга пред родом Икшваку, желаю обрести от тебя, о лучший из знатоков Веды: ради потомства да соблаговолишь ты войти к желанной мне царице, наделённой нравом, красотою и достоинствами, ради приращения рода Икшваку».
18af4ab263d2 · опубликовано 12 июл. 2026 г., 17:29:43 UTC
Доступно наRUENЛистайте стихи клавишами
Здесь царь печётся о продолжении рода как о священном долге. Знаменательно, что он зовёт это «освобождением от долга пред Икшваку»: бездетность мнится ему неоплаченным долгом предкам, и он ищет наследника ради непрерывности рода, а не ради утехи. Просьба о ниёге — чтобы святой [Васиштха] зачал ему наследника — есть установленный в ту пору, в крайней нужде, способ продолжить угасающий род (как поведано прежде о Вьясе); он совершается не из похоти, а по велению дхармы. Здесь забота о непрерывности благого рода — долг, а не своеволие. Так писание являет древний обычай продолжения царского рода; и царь вверяет это святому, дабы наследник был достоин предков.