Вьяса
सुरापो ऽसंमतादायी भ्रूणहा गुरुतल्पगः ॥
तपसा तरते सर्वम् एनसश् च प्रमुच्यते ॥
सर्वविद्यस् तु चक्षुष्मान् अपि यादृशतादृशः ॥
तपस्विनौ च ताव् आहुस् ताभ्यां कार्यं सदा नमः ॥
सर्वे पूज्याः श्रुतधनास् तथैव च तपस्विनः ॥
दानप्रदाः सुखं प्रेत्य प्राप्नुवन्तीह च श्रियम् ॥
इमं च ब्रह्मलोकं च लोकं च बलवत्तरम् ॥
अन्नदानैः सुकृतिनः प्रतिपद्यन्ति लौकिकाः ॥
पूजिताः पूजयन्त्य् एतान् मानिता मानयन्ति च ॥
अदाता यत्र यत्रैति सर्वतः संप्रणुद्यते ॥
अकर्ता चैव कर्ता च लभते यस्य यादृशम् ॥
यद्य् एवोर्ध्वं यद्य् अवाक् च त्वं लोकम् अभियास्यसि ॥
surāpo 'saṃmatādāyī bhrūṇahā gurutalpagaḥ ||
tapasā tarate sarvam enasaś ca pramucyate ||
sarvavidyas tu cakṣuṣmān api yādṛśatādṛśaḥ ||
tapasvinau ca tāv āhus tābhyāṃ kāryaṃ sadā namaḥ ||
sarve pūjyāḥ śrutadhanās tathaiva ca tapasvinaḥ ||
dānapradāḥ sukhaṃ pretya prāpnuvantīha ca śriyam ||
imaṃ ca brahmalokaṃ ca lokaṃ ca balavattaram ||
annadānaiḥ sukṛtinaḥ pratipadyanti laukikāḥ ||
pūjitāḥ pūjayanty etān mānitā mānayanti ca ||
adātā yatra yatraiti sarvataḥ saṃpraṇudyate ||
akartā caiva kartā ca labhate yasya yādṛśam ||
yady evordhvaṃ yady avāk ca tvaṃ lokam abhiyāsyasi ||
«Пьяница, берущий недозволенное, убийца зародыша, осквернитель гуру-ложа — подвигом превозмогает всё и от греха освобождается. Всезнающий же, зрячий, хоть какой бы то ни был, — подвижниками тех двоих зовут; им должно всегда поклон. Все чтимы ученостью-богатые, и так же подвижники; дарители — счастье по смерти обретают и тут фортуну. И этот, и Брахмалоку, и мир могущественнейший пищи-даяниями добродеи достигают, мирские. Почтённые почитают этих, чтимые и чтут; недаритель куда ни придёт — отовсюду гоним. И недеятель, и деятель получает, у кого каково; ввысь ли, вниз ли ты в мир пойдёшь».
eb29dd2f5bb7 · опубликовано 22 июн. 2026 г., 05:10:00 UTC
Доступно наRUЛистайте стихи клавишами
Являя силу аскезы, Вьяса возвещает её искупительную мощь: даже тягчайшие грешники — пьяница, вор, убийца зародыша, осквернитель ложа наставника — «подвигом превозмогают всё и освобождаются от греха». Так тапас — не одна заслуга, но и очищение даже от непростительного на вид. Рядом восхваляются достойные почитания: всеведущий мудрец и подвижник, ученостью богатые и аскеты; а дарители обретают и здешнюю фортуну, и посмертное блаженство — «пищи-даяниями мирские добродеи достигают этого мира, Брахмалоки и мира высшего». Знаменателен и общественный плод: «почтённые почитают, чтимые чтут; недаритель же, куда ни придёт, отовсюду гоним». В свете преданности это двойное упование: покаянный подвиг искупает даже падшего, а щедрость отверзает все миры; скупость же сама себя наказывает всеобщим отвержением.