पिता माता तथा भ्राता भर्ता बन्धुजनश् च किम् न त्यक्तस् तत्कृते ऽस्माभिर् अकृतज्ञध्वजो हि सः ।
तथापि कच्चिद् आलापम् इहागमनसंश्रयम् करोति कृष्णो वक्तव्यं भवता राम नानृतम् ।
दामोदरः स गोविन्दः पुरस्त्रीसक्तमानसः अपेतप्रीतिर् अस्मासु दुर्दर्शः प्रतिभाति नः ।
आमन्त्रितः स कृष्णेति पुनर् दामोदरेति च रुरुदुः सस्वरं गोप्यो हरिणा हृतचेतसः ।
संदेशैः साममधुरैः प्रेमगर्भैर् अगर्वितैः रामेणाश्वासिता गोप्यः कृष्णस्यातिमनोहरैः ।
गोपैश् च पूर्ववद् रामः परिहासमनोरमाः कथाश् चकार रेमे च सह तैर् व्रजभूमिषु ।
pitā mātā tathā bhrātā bhartā bandhujanaś ca kim na tyaktas tatkṛte 'smābhir akṛtajñadhvajo hi saḥ /
tathāpi kaccid ālāpam ihāgamanasaṃśrayam karoti kṛṣṇo vaktavyaṃ bhavatā rāma nānṛtam /
dāmodaraḥ sa govindaḥ purastrīsaktamānasaḥ apetaprītir asmāsu durdarśaḥ pratibhāti naḥ /
āmantritaḥ sa kṛṣṇeti punar dāmodareti ca ruruduḥ sasvaraṃ gopyo hariṇā hṛtacetasaḥ /
saṃdeśaiḥ sāmamadhuraiḥ premagarbhair agarvitaiḥ rāmeṇāśvāsitā gopyaḥ kṛṣṇasyātimanoharaiḥ /
gopaiś ca pūrvavad rāmaḥ parihāsamanoramāḥ kathāś cakāra reme ca saha tair vrajabhūmiṣu /
«Отец, мать, брат, муж и родня — что же не оставлено нами ради него? а он — знамя неблагодарных.
И всё же — ведёт ли Кришна речь о приходе сюда? Скажи, о Рама, и да не будет сказано тобою ложное.
Тот Дамодара, тот Говинда, с сердцем, привязанным к городским жёнам, утративший любовь к нам, видится нам труднодоступным.»
Призывая его «Кришна!» и снова «Дамодара!», рыдали в голос пастушки, у которых Хари похитил сердце.
И вестями Кришны — сладкими уговором, чреватыми любовью, без надменности, весьма пленительными — были утешены пастушки Рамою.
И Рама, как прежде, вёл с пастухами беседы, отрадные шутками, и веселился вместе с ними в землях враджа.
4357d831a6e8 · опубликовано 22 авг. 2026 г., 09:04:39 UTC
Доступно наRUЛистайте стихи клавишами
Всю обиду они высказывают — и всё-таки спрашивают то же самое.
Сперва: «что мы не оставили ради него? а он — знамя неблагодарных». И тут же, без перехода: «и всё же — не говорил ли он, что придёт?»
А следом просьба, из-за которой их жалко больше всего: «не солги нам, Рама». Они боятся, что их станут утешать неправдой, — и просят вперёд.
И кончается всё плачем в голос и двумя именами: «Кришна! Дамодара!» Именем, которым его звала мать, привязывая к ступе.
А утешает их Баларама вестями от него — сказано, какими: сладкими, чреватыми любовью и без надменности. Он не оправдывает брата и не поучает их; просто передаёт то, что велено, и остаётся во врадже.