ब्रह्महत्यामञ्जलिना जग्राह यदपीश्वरः
संवत्सरान्ते तदघं भूतानां स विशुद्धये
भूम्यम्बुद्रुमयोषिद्भ्यश्चतुर्धा व्यभजद्धरिः
भूमिस्तुरीयं जग्राह खातपूरवरेण वै
ईरिणं ब्रह्महत्याया रूपं भूमौ प्रदृश्यते
तुर्यं छेदविरोहेण वरेण जगृहुर्द्रुमाः
तेषां निर्यासरूपेण ब्रह्महत्या प्रदृश्यते
शश्वत्कामवरेणांहस्तुरीयं जगृहुः स्त्रियः
रजोरूपेण तास्वंहो मासि मासि प्रदृश्यते
द्रव्यभूयोवरेणापस्तुरीयं जगृहुर्मलम्
brahmahatyāmañjalinā jagrāha yadapīśvaraḥ
saṃvatsarānte tadaghaṃ bhūtānāṃ sa viśuddhaye
bhūmyambudrumayoṣidbhyaścaturdhā vyabhajaddhariḥ
bhūmisturīyaṃ jagrāha khātapūravareṇa vai
īriṇaṃ brahmahatyāyā rūpaṃ bhūmau pradṛśyate
turyaṃ chedaviroheṇa vareṇa jagṛhurdrumāḥ
teṣāṃ niryāsarūpeṇa brahmahatyā pradṛśyate
śaśvatkāmavareṇāṃhasturīyaṃ jagṛhuḥ striyaḥ
rajorūpeṇa tāsvaṃho māsi māsi pradṛśyate
dravyabhūyovareṇāpasturīyaṃ jagṛhurmalam
«И хотя владыка принял брахманоубийство в сложенные ладони, в конце года Хари, ради очищения существ, разделил тот грех начетверо — на землю, воду, деревья и женщин. Земля взяла четверть за дар засыпания ям, и облик брахманоубийства виден на земле как солончак. Четверть взяли деревья за дар отрастания после срубания, и у них брахманоубийство видно в виде смолы. Четверть греха взяли женщины за дар непрестанного вожделения, и у них грех виден месяц за месяцем в виде месячных. А четверть скверны взяли воды за дар прибывания вещества».
0bf26b5cdcbb · published Aug 14, 2026, 8:00:00 PM UTC
Available inRUPage between verses with
Грех здесь — вещь, которую можно взять в руки и разделить; анджалина джаграха, «принял в сложенные ладони». И взял его не Индра, а тот, кто был при нём: приняли за него, а расплатились четверо посторонних.
Дележ устроен как торг: каждый берёт четверть за дар. Земля — за то, что ямы на ней затягиваются сами; деревья — за отрастание после порубки; воды — за то, что прибывают. Ни один не взял даром, и это не милосердие, а сделка.
След греха всякий раз — то, что и вправду видно: иринам, солончак, где ничего не растёт; смола на срубе; муть в воде. Названы приметы, которые можно проверить глазами, и в этом весь ход объяснения.
Четвёртая доля названа без смягчения, и стоит понимать, что здесь сказано: месячные — не вина женщины, а чужой грех, принятый ею за плату. Тяжесть лежит не на взявшем, а на том, кто убил.