«Взяв в сосудах четырёх видов многодостойную пищу, все устремились к милому — как реки к океану, удерживаемые мужьями, братьями, родичами, сыновьями, [они,] чьё сердце давно удержано слышанным об Уттамашлоке. В роще у Ямуны, украшенной свежими побегами ашоки, бродящего, окружённого пастушками, вместе со старшим братом, увидели женщины — тёмного, в золотой одежде, в наряде лицедея — с лесным венком, пером, [цветными] землями и побегами, на плече товарища с рукою, положенною [на плечо], другою вращающего лотос, с кувшинкою у уха, с локонами, щеками, лотосом лица и улыбкою. [Те,] чьи умы погружены в него ушными украшениями — многократно слышанными [повестями] о явлении милейшего, — [впустив] его через отверстия глаз, введя внутрь, надолго обняв, оставили жар — как мудрого [оставляют] мнения, о владыка людей. Их, так оставивших все надежды, пришедших из желания видеть Себя, узнав, Зритель всех взоров сказал с рассмеявшимся лицом: „Добро пожаловать, великоудачливые; садитесь; что нам сделать? То, что вы пришли из желания видеть нас, — это вам и подобает. Ведь именно ко Мне искусные, видящие свою пользу, творят беспричинную, непрерываемую преданность — как к себе, милому. Жизнь, разум, ум, своя самость, жёны, дети, богатство и прочее стали милы от соприкосновения с чем — кто же иной милее того? Итак, ступайте к месту жертвоприношения: ваши мужья, дваждырождённые домохозяева, завершат свою сатру вместе с вами“».