«Погрузившись в ту воду, произнося вечный Брахман, Акрура увидел тех самых Раму и Кришну, [сидящих] вместе: „Как здесь два сына Анакадундубхи, что были на колеснице? Тогда ли их нет в колеснице?“ — так, вынырнув, он поглядел. И там они сидели, как прежде; он вновь погрузился: „То видение моё — ложно ли? Что [делать] им в воде?“ И там он снова увидел владыку змей, восславляемого сиддхами, чаранами, гандхарвами и асурами со склонёнными шеями, — бога тысячеглавого, с тысячею капюшонов на макушке, в синем одеянии, белого, как волокно лотоса, стоящего, как белая [гора] с вершинами; на его лоне — [мужа], тёмного, как туча, в жёлтом шёлковом одеянии, Пурушу четырёхрукого, умиротворённого, с глазами, алыми, как лепестки лотоса, с прекрасным ясным лицом, с прекрасным смеющимся взглядом, с прекрасными бровями и высоким носом, с прекрасными ушами, с прекрасными щеками и алыми устами, с длинными полными руками, с красотою высоких плеч и груди, с шеею, как раковина, с глубоким пупком, с чревом в складках, [нежным], как побег, с широкими бёдрами и станом, с двумя бёдрами, [подобными] хоботу, с прекрасною парою колен, с прекрасною парою голеней, окружённого сиянием множества алых ногтей и высоких лодыжек, с лотосами стоп, сияющими лепестками — свежими пальцами и большими пальцами».