अष्टोत्तरं मर्म शतं प्राणिनां समुदाहृतम् । तेषां मध्ये तु मर्माणि दश द्वे चापि कीर्तिते
शङ्खे नेत्रे भ्रुवोर्मध्ये बस्तिभ्यां वृषणोत्तरे । कक्षे स्कन्धे हदि मध्ये तालुके चिबुके गुदे
एषु द्वादशमर्मेषु२ दंशैः शस्त्रेण वा हतः । न जीवति नरो लोके कालदण्डं विनिर्दिशेत्
अकचटतपयशां वदन्ति प्रोक्ता जीवन्ति न तत्र हि । गतं ब्रूयाद्यदि स्खलति शिरस्तस्य सम्प्राप्तकालः
भवति च यदि दूतो ह्युत्तमस्याधमो वा यदि भवति च दूत उत्तमो वाधमस्य । आदौ दष्टस्य नाम यदि वदति क्वचिद्वक्ति तस्याथ पश्चात्तं वर्णभेदो यदि भवति समः प्राप्त कालस्य दूतः
दूतो वा दण्डहस्तो भवति च युगलं पाशहस्तस्तथा वा रक्तवस्त्रं च कृष्णं मुखशिरसि गतमेकवस्त्रश्च दूतः ॥ तैलाभ्यक्तश्च तद्वद्यदि त्वरितगतिर्मुक्तकेशश्च याति यः कुर्याद्घोरशब्दं करचरणयुगैः प्राप्तकालस्य दूतः
aṣṭottaraṃ marma śataṃ prāṇināṃ samudāhṛtam | teṣāṃ madhye tu marmāṇi daśa dve cāpi kīrtite
śaṅkhe netre bhruvormadhye bastibhyāṃ vṛṣaṇottare | kakṣe skandhe hadi madhye tāluke cibuke gude
eṣu dvādaśamarmeṣu2 daṃśaiḥ śastreṇa vā hataḥ | na jīvati naro loke kāladaṇḍaṃ vinirdiśet
akacaṭatapayaśāṃ vadanti proktā jīvanti na tatra hi | gataṃ brūyādyadi skhalati śirastasya samprāptakālaḥ
bhavati ca yadi dūto hyuttamasyādhamo vā yadi bhavati ca dūta uttamo vādhamasya | ādau daṣṭasya nāma yadi vadati kvacidvakti tasyātha paścāttaṃ varṇabhedo yadi bhavati samaḥ prāpta kālasya dūtaḥ
dūto vā daṇḍahasto bhavati ca yugalaṃ pāśahastastathā vā raktavastraṃ ca kṛṣṇaṃ mukhaśirasi gatamekavastraśca dūtaḥ || tailābhyaktaśca tadvadyadi tvaritagatirmuktakeśaśca yāti yaḥ kuryādghoraśabdaṃ karacaraṇayugaiḥ prāptakālasya dūtaḥ
«„Сто восемь уязвимых мест возглашено у живых; среди них двенадцать мест возглашаются смертельными: в висках, в глазах, между бровей, в мочевом пузыре, над ядрами, в подмышке, в плече, посреди груди, в нёбе, в подбородке, в заднем проходе. Поражённый в этих двенадцати местах укусом или лезвием человек в мире не живёт: да укажет жезлом Времени. О тех, кто говорит на «а», «ка», «ча», «та», «та», «па», «я», «ша», — сказано, что там не живут; если, говоря «ушёл», запнётся, — тому настал срок. И если вестник у высокого низок, или же вестник у низкого высок; если он вначале называет имя ужаленного, а где-то говорит его после; если бывает различие в цвете — то вестник наступившего срока. Или вестник с палкою в руке, или же двое, или с петлёй в руке; или одежда красная и чёрная, покрыты лицо и голова, и вестник в одном платье; или так же, если умащён маслом, если поспешна поступь и идёт он с распущенными волосами, если производит страшный шум руками и ногами, — то вестник наступившего срока“».
137166de07d4 · published Aug 19, 2026, 7:00:00 AM UTC
Available inRUPage between verses with
Аштоттарам марма шатам — «сто восемь уязвимых мест». Учение о «марманах» — точках, удар в которые смертелен, — принадлежит врачебным книгам, и число здесь то же, что у них. Змеиная наука опирается на общую анатомию. Счёт уязвимых мест взят из врачебного обихода.
Шанкхе нетре бхрувор мадхье — «в висках, в глазах, между бровей». Двенадцать смертельных мест перечислены поимённо, и список выбран верно: висок, глазница, промежность, подмышка, грудина, нёбо. Это и правда места, где сосуды и нервы лежат близко. Перечень составлен по настоящему устройству тела.
Дамшаих шастрена ва хатах — «поражённый укусом или лезвием». Укус и удар оружием приравнены. Различают не орудие, а место. Разница между змеёй и клинком снята: важно куда.
Гатам брюяд яди скхалати — «если, говоря „ушёл“, запнётся». Начинаются приметы вестника — того, кто пришёл звать лекаря. Запнулся на слове — плохой знак. Приметы читают не по больному, а по посланному за помощью.
Адау даштасья нама яди вадати — «если вначале называет имя ужаленного». Перечислены мелочи: с чего начал говорить, в чём одет, как причёсан, спешит ли, шумит ли. Из них складывается предсказание. Исход угадывают по тому, кто и как принёс весть.
Прапта-каласья дутах — «вестник наступившего срока». Оборот повторён трижды и закрывает каждый перечень. Толк у этих примет вполне житейский: лекарь узнаёт об исходе прежде, чем увидит больного. Гадание по вестнику оберегает того, кто будет лечить.