ता दृष्ट्वा तु हरिः क्रुद्धः सर्वास्ता शप्तवान्स्त्रियः । यस्माद्गतानि चेतांसि मां मुक्त्वान्यत्र च स्त्रियः
तस्मात्पतिकृताँल्लोकानायुषोंन्ते न यास्यथ । पतिलोकपरिभ्रष्टाः स्वर्गमार्गात्तथैव च
भूत्वा चाशरणा यूयं दस्युहस्तं गमिष्यथ
सुमन्तुरुवाच शापदोषात्ततस्तस्मात्ताः स्त्रियः स्वर्गते हरौ । हृताः पाञ्जनदैश्चौरैरर्जुनस्य तु पश्यतः ॥ अल्पसत्त्वास्तु यास्त्वासन्गतास्ता दूषणं स्त्रियः
रुक्मिणी सत्यभामा च तथा जाम्बवती प्रिया । नैता गता दस्युहस्तं स्वेन सत्त्वेन रक्षिताः
शप्त्वैव ताः स्त्रियः कृष्णः साम्बमप्यशपत्ततः । यस्मादतीव ते कान्तं रूपं दृष्ट्वा इमाः स्त्रियः
क्षुब्धाः सर्वा यतस्तस्मात्कुष्ठरोगमवाप्नुहि । तस्य तद्वचनं श्रुत्वा साम्बः कृष्णस्य भारत
उवाच प्रहसन्राजन्संस्मरन्नृषिभाषितम् । अनिमित्तमहं तात भावदोषविवर्जितः ॥ शप्तो न मेऽत्र वै क्रुद्धो दुर्वासा अन्यथा वदेत्
सुमन्तुरुवाच अस्मिच्छप्तेऽनिमित्तेऽसौ पित्रा जाम्बवतीसुतः । प्राप्तवान्कुष्ठरोगित्वं विरूपत्वं च भारत
tā dṛṣṭvā tu hariḥ kruddhaḥ sarvāstā śaptavānstriyaḥ | yasmādgatāni cetāṃsi māṃ muktvānyatra ca striyaḥ
tasmātpatikṛtām̐llokānāyuṣoṃnte na yāsyatha | patilokaparibhraṣṭāḥ svargamārgāttathaiva ca
bhūtvā cāśaraṇā yūyaṃ dasyuhastaṃ gamiṣyatha
sumanturuvāca śāpadoṣāttatastasmāttāḥ striyaḥ svargate harau | hṛtāḥ pāñjanadaiścaurairarjunasya tu paśyataḥ || alpasattvāstu yāstvāsangatāstā dūṣaṇaṃ striyaḥ
rukmiṇī satyabhāmā ca tathā jāmbavatī priyā | naitā gatā dasyuhastaṃ svena sattvena rakṣitāḥ
śaptvaiva tāḥ striyaḥ kṛṣṇaḥ sāmbamapyaśapattataḥ | yasmādatīva te kāntaṃ rūpaṃ dṛṣṭvā imāḥ striyaḥ
kṣubdhāḥ sarvā yatastasmātkuṣṭharogamavāpnuhi | tasya tadvacanaṃ śrutvā sāmbaḥ kṛṣṇasya bhārata
uvāca prahasanrājansaṃsmarannṛṣibhāṣitam | animittamahaṃ tāta bhāvadoṣavivarjitaḥ || śapto na me'tra vai kruddho durvāsā anyathā vadet
sumanturuvāca asmicchapte'nimitte'sau pitrā jāmbavatīsutaḥ | prāptavānkuṣṭharogitvaṃ virūpatvaṃ ca bhārata
«„Увидев их, Хари разгневался и проклял всех тех женщин: «Поскольку сердца ваши ушли к другому, минуя меня, о женщины, — потому по скончании века вы не пойдёте в миры, сотворённые мужем; и, отпав от мужнина мира и от небесного пути, став беззащитными, вы попадёте в руки разбойников»“. Суманту сказал: „И от порока того проклятия те женщины, когда Хари ушёл на небо, были похищены разбойниками-панджанадами на глазах у Арджуны — те слабые нравом, что были привержены и запятнаны. А Рукмини, Сатьябхама и любезная Джамбавати — они не попали в руки разбойников, хранимые своим нравом. Прокляв тех женщин, Кришна проклял затем и Самбу: «Поскольку, увидев твой весьма пленительный облик, все эти женщины взволновались, — потому обрети недуг проказы». Услышав то слово Кришны, о Бхарата, Самба, о царь, сказал, смеясь, вспомнив сказанное мудрецом: «Без причины я, батюшка, лишённый порока намерения, проклят; не будь на мне гнева Дурвасаса, ты сказал бы иначе»“. Суманту сказал: „Так, будучи проклят без причины отцом, сын Джамбавати обрёл прокажённость и безобразие, о Бхарата“».
56efd440177a · published Aug 22, 2026, 6:10:53 PM UTC
Available inRUPage between verses with
Та дриштва ту харих круддхах сарвас та шаптаван стриях — «увидев их, Хари разгневался и проклял всех тех женщин». Проклятие падает на тех, кого напоили и подставили. Виновник подлога уходит без слова упрёка. Кара падает на подставленных, а устроитель подлога уходит без упрёка.
Дасью-хастам гамишьятха — «попадёте в руки разбойников». Проклятие сбудется после ухода Кришны — то самое похищение, о котором рассказывает Маусала-парва. Рассказ связан с известным сказанием. Проклятие увязано с известным по другому сказанию событием.
Наита гата дасью-хастам свена саттвена ракшитах — «они не попали в руки разбойников, хранимые своим нравом». Вот стих, отменяющий всю присказку о женской природе. Уцелели своим нравом, а не охраною. Стих о трёх уцелевших отменяет всю прежнюю присказку о женской природе.
Кшубдхах сарва ятас тасмат куштха-рогам авапнухи — «поскольку все взволновались — обрети проказу». Сына карают за то, что на него посмотрели. Основание кары названо прямо, и оно не выдерживает разбора. Основание кары названо прямо, и оно не выдерживает разбора.
Увача прахасан — «сказал, смеясь». Проклятый смеётся. Ни страха, ни мольбы — одна насмешка над несправедливостью. Проклятый отвечает смехом, а не мольбою.
Анимиттам ахам тата бхава-доша-виварджитах — «без причины я, батюшка, лишённый порока намерения». Обвиняемый говорит, что не имел дурного умысла. Мерою вины он ставит намерение, а не последствие. Мерою вины поставлено намерение, а не последствие.