Претерпевший величайшее поругание первым делом склоняется в покорности пред главою рода — и в этом смирении больше силы, чем во всяком гневе. Юдхиштхира не выставляет своих обид и не требует возмездия, но предаёт себя воле старшего, как должно праведному. Так являет себя дхарма, не зависящая от заслуженности почтения: уважают сан и седину, даже когда носящий их попустил неправде. Стих учит, что подлинное благородство не сводит счётов в час, когда могло бы; что смирение пред старшим есть не признание правоты его, а верность строю мира; и что именно таким незлобием праведник отверзает путь к примирению, недоступный мстителю.