ते संमन्त्र्य ततो देवा मदस्यास्यगतास् तदा ॥
अब्रुवन् सहिताः शक्रं प्रणमास्मै द्विजातये ॥
अश्विभ्यां सह सोमं च पिबामो विगतज्वराः ॥
ततः स प्रणतः शक्रश् चकार च्यवनस्य तत् ॥
च्यवनः कृतवांस् तौ चाप्य् अश्विनौ सोमपीथिनौ ॥
ततः प्रत्याहरत् कर्म मदं च व्यभजन् मुनिः ॥
अक्षेषु मृगयायां च पाने स्त्रीषु च वीर्यवान् ॥
एतैर् दोषैर् नरो राजन् क्षयं याति न संशयः ॥
तस्माद् एतान् नरो नित्यं दूरतः परिवर्जयेत् ॥
एतत् ते च्यवनस्यापि कर्म राजन् प्रकीर्तितम् ॥
ब्रवीम्य् अहं ब्रूहि वा त्वं च्यवनात् क्षत्रियं वरम् ॥
te saṃmantrya tato devā madasyāsyagatās tadā ||
abruvan sahitāḥ śakraṃ praṇamāsmai dvijātaye ||
aśvibhyāṃ saha somaṃ ca pibāmo vigatajvarāḥ ||
tataḥ sa praṇataḥ śakraś cakāra cyavanasya tat ||
cyavanaḥ kṛtavāṃs tau cāpy aśvinau somapīthinau ||
tataḥ pratyāharat karma madaṃ ca vyabhajan muniḥ ||
akṣeṣu mṛgayāyāṃ ca pāne strīṣu ca vīryavān ||
etair doṣair naro rājan kṣayaṃ yāti na saṃśayaḥ ||
tasmād etān naro nityaṃ dūrataḥ parivarjayet ||
etat te cyavanasyāpi karma rājan prakīrtitam ||
bravīmy ahaṃ brūhi vā tvaṃ cyavanāt kṣatriyaṃ varam ||
«Они, посовещавшись, затем боги, в Мады пасть попавшие тогда, сказали вместе Шакре: „Поклонись этому брахману“. Затем он, поклонившийся Шакра, сделал Чьяваны то (волю); Чьявана сделал тех двоих, Ашвинов, сому-пьющими. Затем отвёл обряд и Маду распределил муни в кости, в охоту, в питьё, в жён, могучий. Этими пороками человек, о царь, к гибели идёт, нет сомнения; потому их человек всегда издали да избегает. Это тебе Чьяваны деяние, о царь, поведано; говорю я; назови же ты, чем Чьявана, кшатрия выше».
da16d5323a9f · published Jun 22, 2026, 6:40:00 AM UTC
Available inRUPage between verses with
Боги, оказавшись в пасти Мады, советуют Индре единственное спасение: «поклонись этому брахману». И царь богов, смирившись, исполняет волю Чьяваны, а тот делает Ашвинов сопричастниками сомы — справедливость восстановлена. Знаменательно завершение: мудрец «распределил Маду (Опьянение) на четыре части — кости, охоту, питьё и жён», — и предостерёг: «этими пороками человек неотвратимо гибнет; издали да избегает их». Так грозная сила обращается в нравственный дар миру. В свете преданности здесь венец всей долгой проповеди Ветра гордому царю: святой смирил самого Индру, дабы защитить отверженных, и оставил людям спасительное предупреждение об опьянениях, губящих душу. Сила подвига грозна для гордыни и неправды, заступница для презренных и милостива к миру; а надменной власти, как Индре и Картавирье, остаётся одно — смириться и поклониться святому.