Mahabharata · 14.92.6
॥
Devanāgarī
सकृद् उत्सृज्य तं नादं त्रासयानो मृगद्विजान् ॥
मानुषं वचनं प्राह धृष्टो बिलशयो महान् ॥
Transliteration (IAST)
sakṛd utsṛjya taṃ nādaṃ trāsayāno mṛgadvijān ||
mānuṣaṃ vacanaṃ prāha dhṛṣṭo bilaśayo mahān ||
Word-by-word
SanskritIASTMeaning
सकृत् उत्सृज्य तं नादंsakṛt utsṛjya taṃ nādaṃоднажды испустив тот рёв; однажды испустив тот рёв
त्रासयानः मृगद्विजान्trāsayānaḥ mṛgadvijānпугая зверей и птиц; пугая зверей и птиц
मानुषं वचनं प्राहmānuṣaṃ vacanaṃ prāhaчеловеческую речь произнёс; человеческую речь произнёс
धृष्टः बिलशयः महान्dhṛṣṭaḥ bilaśayaḥ mahānдерзкий, [в] норе живущий, великий; дерзкий, [в] норе живущий, великий
Translation
[Вайшампаяна сказал:] «Однажды испустив тот рёв, пугая зверей и птиц, человеческую речь произнёс дерзкий, [в] норе живущий, великий [мангуст]».
Version
8bcd05c2edef · published Jun 21, 2026, 10:35:00 AM UTC
Available inRUPage between verses with
Мангуст, зверь, заговаривает человеческою речью. Знаменательно чудо: бессловесное обретает слово для истины. Стих учит, что для возвещения истины Бог наделяет даром даже бессловесных: чудо служит уроку. Кто внемлет истине, возвещённой чудесно, разумеет её важность; и мангуст, говорящий человеческою речью, являет, что весть его не случайна, а промыслительна — чудо речи у зверя указует, что возвещаемое им — истина свыше, достойная внимания царей и брахманов.