Определим сладость и прочее. Сладость — это когда Его великое величие, проявлено оно или скрыто, не выходит за пределы человеческой игры. Так, даже отнимая жизнь Путаны, Он остаётся в человеческой игре младенца, сосущего грудь; даже разбивая огромную тяжёлую телегу — трёхмесячным младенцем с нежными ножками, лежащим на спинке; даже когда Его не связать длиннейшей верёвкой — дрожит от страха перед матерью; даже смущая Брахму, Баладеву и других и будучи всеведущим — пасёт телят. Так же, когда величие есть, но скрыто, — кража простокваши и молока, страсть к пастушкам и прочее. А если сказать «сладость — это неведение, чисто человеческая игра без величия», то сладостью было бы и неведение обычных резвых детей; так определять нельзя.