एते चान्ये च नरकाः शतशो ऽथ सहस्रशः येषु दुष्कृतकर्माणः पच्यन्ते यातनागताः ।
तथैव पापान्य् एतानि तथान्यानि सहस्रशः भुज्यन्ते यानि पुरुषैर् नरकान्तरगोचरैः ।
वर्णाश्रमविरुद्धं च कर्म कुर्वन्ति ये नराः कर्मणा मनसा वाचा निरयेषु पतन्ति ते ।
अधःशिरोभिर् दृश्यन्ते नारकैर् दिवि देवताः देवाश् चाधोमुखान् सर्वान् अधः पश्यन्ति नारकान् ।
स्थावराः कृमयो ऽब्जाश् च पक्षिणः पशवो नराः धार्मिकास् त्रिदशास् तद्वन् मोक्षिणश् च यथाक्रमम् ।
सहस्रभागप्रथमा द्वितीयानुक्रमास् तथा सर्वे ह्य् एते महाभाग यावन् मुक्तिसमाश्रयाः ।
यावन्तो जन्तवः स्वर्गे तावन्तो नरकौकसः पापकृद् याति नरकं प्रायश्चित्तपराङ्मुखः ।
ete cānye ca narakāḥ śataśo 'tha sahasraśaḥ yeṣu duṣkṛtakarmāṇaḥ pacyante yātanāgatāḥ /
tathaiva pāpāny etāni tathānyāni sahasraśaḥ bhujyante yāni puruṣair narakāntaragocaraiḥ /
varṇāśramaviruddhaṃ ca karma kurvanti ye narāḥ karmaṇā manasā vācā nirayeṣu patanti te /
adhaḥśirobhir dṛśyante nārakair divi devatāḥ devāś cādhomukhān sarvān adhaḥ paśyanti nārakān /
sthāvarāḥ kṛmayo 'bjāś ca pakṣiṇaḥ paśavo narāḥ dhārmikās tridaśās tadvan mokṣiṇaś ca yathākramam /
sahasrabhāgaprathamā dvitīyānukramās tathā sarve hy ete mahābhāga yāvan muktisamāśrayāḥ /
yāvanto jantavaḥ svarge tāvanto narakaukasaḥ pāpakṛd yāti narakaṃ prāyaścittaparāṅmukhaḥ /
Эти и иные ады — сотнями и тысячами, в них варятся, преданные мукам, творившие дурное.
И грехи эти, и иные тысячами изживаются людьми, пребывающими в глубине адов.
Кто делом, умом и словом поступает противно своей варне и своему ашраму, те падают в преисподние.
Обитателям ада божества на небе видятся стоящими головою вниз; а боги видят внизу всех обитателей ада обращёнными вниз.
Недвижные, черви, рождённые в воде, птицы, звери, люди, праведные, боги и так же освобождённые — по порядку:
первые — тысячная доля вторых, и так далее, о преславный, вплоть до прибегших к освобождению.
Сколько существ на небе, столько и обитателей ада; творящий грех идёт в ад, отвернувшись от искупления.
5f182511e422 · published Aug 22, 2026, 1:45:43 AM UTC
Available inRUPage between verses with
Тут стоит образ, который стоит всей главы: обитателям ада боги видятся висящими вверх ногами, а богам вверх ногами видятся обитатели ада.
Оба смотрят и оба видят перевёрнутого. Где верх, а где низ — зависит от того, откуда смотришь; и каждый уверен, что перевёрнут другой. Всякий, кто судит чужую жизнь из своей, видит именно это.
Затем дана лестница живущих: недвижные, черви, водяные, птицы, звери, люди, праведные, боги, освобождённые. И к ней — счёт: каждая ступень есть тысячная доля предыдущей. Трав больше, чем червей, в тысячу раз; людей во столько же меньше, чем зверей; а освобождённых меньше всех.
Число тут не для устрашения, а для трезвости. Человеческое рождение редко не потому, что кто-то его нормирует, а потому, что так устроена лестница.
И сказано ровно: сколько существ на небе, столько и в аду. Ни та, ни другая сторона не перевешивает — мир не склоняется ни к награде, ни к каре.
Последние слова открывают всё дальнейшее: в ад идёт тот, кто отвернулся от искупления. Не всякий грешивший, а тот, кто не стал исправлять. С этого места глава переменится.