śrī-śuka uvāca
साधु पृष्टं महा-भाग त्वया भागवतोत्तम
यन् नूतनयसीशस्य शृण्वन्न् अपि कथां मुहुः
सताम् अयं सार-भृतां निसर्गो यद्-अर्थ-वाणी-श्रुति-चेतसाम् अपि
प्रति-क्षणं नव्य-वद् अच्युतस्य यत् स्त्रिया विटानाम् इव साधु वार्ता
शृणुष्वावहितो राजन्न् अपि गुह्यं वदामि ते
ब्रूयुः स्निग्धस्य शिष्यस्य गुरवो गुह्यम् अप्य् उत
तथाघ-वदनान् मृत्यो रक्षित्वा वत्स-पालकान्
सरित्-पुलिनम् आनीय भगवान् इदम् अब्रवीत्
अहो ऽतिरम्यं पुलिनं वयस्याः स्व-केलि-सम्पन् मृदुलाच्छ-बालुकम्
स्फुटत्-सरो-गन्ध-हृतालि-पत्रिक- ध्वनि-प्रतिध्वान-लसद्-द्रुमाकुलम्
अत्र भोक्तव्यम् अस्माभिर् दिवारूढं क्षुधार्दिताः
वत्साः समीपे ऽपः पीत्वा चरन्तु शनकैस् तृणम्
तथेति पाययित्वार्भा वत्सान् आरुध्य शाद्वले
मुक्त्वा शिक्यानि बुभुजुः समं भगवता मुदा
sādhu pṛṣṭaṃ mahā-bhāga tvayā bhāgavatottama
yan nūtanayasīśasya śṛṇvann api kathāṃ muhuḥ
satām ayaṃ sāra-bhṛtāṃ nisargo yad-artha-vāṇī-śruti-cetasām api
prati-kṣaṇaṃ navya-vad acyutasya yat striyā viṭānām iva sādhu vārtā
śṛṇuṣvāvahito rājann api guhyaṃ vadāmi te
brūyuḥ snigdhasya śiṣyasya guravo guhyam apy uta
tathāgha-vadanān mṛtyo rakṣitvā vatsa-pālakān
sarit-pulinam ānīya bhagavān idam abravīt
aho 'tiramyaṃ pulinaṃ vayasyāḥ sva-keli-sampan mṛdulāccha-bālukam
sphuṭat-saro-gandha-hṛtāli-patrika- dhvani-pratidhvāna-lasad-drumākulam
atra bhoktavyam asmābhir divārūḍhaṃ kṣudhārditāḥ
vatsāḥ samīpe 'paḥ pītvā carantu śanakais tṛṇam
tatheti pāyayitvārbhā vatsān ārudhya śādvale
muktvā śikyāni bubhujuḥ samaṃ bhagavatā mudā
«Хорошо спрошено тобою, о великоудачливый, о лучший из бхагават, ибо ты обновляешь повесть о Владыке, хоть и слушаешь [её] беспрестанно. Таково естество праведных, хранящих суть, чьи речь, слух и сознание ради Него: беседа об Ачьюте всякий миг как новая — точно у распутников о женщине. Слушай внимательно, о царь; и тайное поведаю тебе: наставники говорят даже тайное — любящему ученику. Так, спасши пастушков телят из пасти Агхи, [из] смерти, приведя [их] на речной берег, Владыка сказал вот что: „Ах, до чего прелестен берег, друзья, — богатство для наших игр, с мягким чистым песком, полный деревьев, играющих гулом и отзвуком пчёл и птиц, привлечённых запахом распустившегося пруда. Здесь нам следует поесть: день высок, мы мучимы голодом; телята пусть, напившись воды вблизи, потихоньку щиплют траву“. — „Пусть так“, — и дети, напоив телят [и] пустив [их] на лужайку, развязав котомки, ели вместе с Владыкою, в радости».
02496982d33d · publicado 15 ago 2026, 17:00:00 UTC
Disponible enRUPasa de verso en verso con
Нутанаяси... шринван апи — «обновляешь... хоть и слушаешь». Похвала слушателю: рассказ обновляет не рассказчик, а вопрошающий. От вопроса зависит, будет ли повесть новой.
Стрия витанам ива — «точно у распутников о женщине». Сравнение неожиданно откровенное и потому точное: есть один разговор, который не приедается. По нему и меряется вкус к беседе о Боге.
Снигдхасья шишьясья — «любящему ученику». Условие для тайного знания — не ум и не подвиг, а привязанность. Оговорка сделана прежде, чем начат рассказ о том, что случилось на берегу.
Дхвани-пратидхвана-ласат-друма — «деревья, играющие гулом и отзвуком». Он зовёт друзей есть, расхваливая место: песок, запах пруда, эхо в деревьях. Обыкновенное приглашение на привал.
Дива арудхам кшудха ардитах — «день высок, мы мучимы голодом». Довод самый простой и он же последний: пора обедать. Только что вышли из пасти смерти — и садятся завтракать.