«„О чута, приялу, панаса, асана, ковидара, джамбу, арка, бильва, бакула, амра, кадамба, нипа и прочие, чьё бытие — ради другого, [растущие] по берегам Ямуны, — скажите нам, лишённым самости, путь Кришны. Какой же жар подвижничества ты совершила, о земля, что сияешь волосками тела, вставшими от праздника касания стоп Кешавы, — или [это] от стопы, [явившейся] из шага Урукрамы, или же от объятия телом Вепря? О супруга оленя, не проходил ли здесь с возлюбленной Ачьюта, простирая членами [своими] полное успокоение вашим глазам, подруга? Здесь веет запах жасминовой гирлянды владыки рода, окрашенной кункумом с груди от прикосновения к телу возлюбленной. Положив руку на плечо возлюбленной, держа лотос, младший брат Рамы, сопровождаемый роями пчёл, ослеплённых хмелем от туласи, проходя здесь, приветствовал ли, о деревья, ваш поклон любовными взглядами? Спросите эти лианы — хотя и обнявшие руки-[ветви] дерева, они, верно, тронутые его ногтями, несут мурашки, о!“»