«„Весьма поняв заблуждение в этих людях от твоей майи, благоразумные полагают в тебе, небытийном, чувство, рождающее [благо]; откуда у следующих [за тобою] страх бытия, когда твоя нахмуренная бровь — трёхободное [Время] — вновь и вновь творит страх у тех, кто не прибег к тебе? Кто здесь пытается обуздать необузданного коня ума, весьма подвижного, победив чувства и ветры, изнурённые средствами, оставив стопу наставника, — соединённые с сотнею бед, [они], о нерождённый, — как купцы в море, не взявшие кормчего. Что людям в своих, сыновьях, теле, жёнах, богатстве, доме, земле, дыханиях и колесницах — когда есть ты, самость, у прибегшего, [в ком] все вкусы? Так у не знающих сущего, живущих ради наслаждения от пары, — кто же здесь усладит [их] в [теле], им же губимом, у которого счастье им же отброшено? На земле провидцы — обители многих святых святынь, лишённые спеси, у кого в сердце твой лотос-стопа, чья вода от стоп разбивает грех; кто хоть раз полагает ум в тебе, самости, вечном счастье, — те больше не почитают обиталищ, отнимающих у человека суть. «Из сущего это возникшее — сущее» — если так, то ведь [это] сражено доводом: где-то оно уклоняется, где-то ложно; не таково и соединение обоих; различение желаемо ради обихода — по череде слепых; твоя речь многими своими оборотами кружит одуревших от гимнов. Поскольку этого не было вначале и не будет после конца — оно измерено промежутком; в тебе, единовкусном, оно сияет ложно; потому [это] уподобляется путями различения родов вещества; неразумные разумеют игру ложного ума как истинное. Когда он нерождённою [майей] возлежит с нерождённою, вкушая гуны, — он обретает сходство облика, а затем смерть, утратив достояние; ты же оставляешь её — как змей кожу, — обладающий достоянием, величаешься в величии, восьмикратном, — с неизмеримым достоянием. Если подвижники не выкорчёвывают в сердце корней желания, ты труднодостижим — для недобрых, [хотя и] вошедший в сердце, как забытый самоцвет на шее; у йогинов, насыщающих дыхание, с обеих сторон несчастье, о Владыка, — от тебя, у кого Смерть не устранена и чьё место не достигнуто. Постигающий тебя не ведает связей с гунами и не-гунами у блага и неблага, поднявшихся от тебя, — и речей носящих тело; из юги в югу, изо дня в день, о обладающий качествами, чередою воспетого ты содержим слухом — оттого ты для людей прибежище избавления. Владыки неба не достигли твоего предела — по [твоей] бесконечности; и ты сам — раз внутри [тебя] груды яиц с их оболочками, как пылинки в пространстве, носятся вместе с [твоим] возрастом; ибо шрути в тебе плодоносят — отбрасыванием не-того, [имея] тебя концом“».