स तेषां वचनं श्रुत्वा प्रतापी यो महीपतिः । प्रसादयामास मुनिं व्यासं शास्त्रविशारदम्
शतानीक उवाच अञ्जलिः शिरसा ब्रह्मन्! कृतोऽयं पादयोस्तव । ब्रूहि मे धर्मशास्त्रं तु येना पूततां व्रजे
समुद्धर भवादस्मात्कीर्तयित्वा कथां शुभाम् । यथा मम पिता पूर्वं कीर्तयित्वा तु भारतम्
व्यास उवाच तस्यैतद्वचनं श्रुत्वा व्यासो वचनमब्रवीत् । एष शिष्यः सुमन्तुर्मे कथयिष्यति ते प्रभो!
यदिच्छसि महाबाहो! प्रीतिदं चाद्भुतं शुभम् । श्रव्यं भरतशार्दूल! सर्वपापभयापहम्
यथा वैशम्पायनेन पुरा प्रोक्तं पितुस्तव । महाभारतव्याख्यानं ब्रह्महत्याव्यपोहनम्
अथ तमृषयः सर्वे राजानमिदमब्रुवन् । साधु प्रोक्तं महाबाहो! व्यासेनामितबुद्धिना
sa teṣāṃ vacanaṃ śrutvā pratāpī yo mahīpatiḥ | prasādayāmāsa muniṃ vyāsaṃ śāstraviśāradam
śatānīka uvāca añjaliḥ śirasā brahman! kṛto'yaṃ pādayostava | brūhi me dharmaśāstraṃ tu yenā pūtatāṃ vraje
samuddhara bhavādasmātkīrtayitvā kathāṃ śubhām | yathā mama pitā pūrvaṃ kīrtayitvā tu bhāratam
vyāsa uvāca tasyaitadvacanaṃ śrutvā vyāso vacanamabravīt | eṣa śiṣyaḥ sumanturme kathayiṣyati te prabho!
yadicchasi mahābāho! prītidaṃ cādbhutaṃ śubham | śravyaṃ bharataśārdūla! sarvapāpabhayāpaham
yathā vaiśampāyanena purā proktaṃ pitustava | mahābhāratavyākhyānaṃ brahmahatyāvyapohanam
atha tamṛṣayaḥ sarve rājānamidamabruvan | sādhu proktaṃ mahābāho! vyāsenāmitabuddhinā
«Тот доблестный владыка земли, услышав их слово, умилостивил молчальника Вьясу, искушённого в науке: „Сложенные ладони при склонённой голове, о брахман, — вот они у твоих стоп; поведай мне науку о дхарме, которою я приду к очищенности. Извлеки меня из этого бытия, возгласив благую повесть, как извлёк прежде отца моего, возгласив Бхарату“. Услышав это его слово, Вьяса молвил слово: „Этот мой ученик Суманту расскажет тебе, о владыка, то, чего ты желаешь, о мощнорукий: дающее радость, дивное, благое, достойное слуха, о тигр среди Бхаратов, уносящее всякий грех и страх, — как некогда Вайшампаяной изречено было отцу твоему изъяснение Махабхараты, отвращающее грех убийства брахмана“. Тогда все провидцы сказали тому царю такое: „Хорошо сказано, о мощнорукий, Вьясой, чей разум неизмерим“».
cb7f9e6d0a49 · publicado 19 ago 2026, 4:00:00 UTC
Disponible enRUPasa de verso en verso con
Анджалих шираса... крито'ям падайос тава — «сложенные ладони при склонённой голове — вот они у твоих стоп». Царь описывает собственный поклон словами, вместо того чтобы просто поклониться. Жест проговорён, потому что и он — часть просьбы. Поклон произнесён, а не только сделан.
Самуддхара бхавад асмат — «извлеки [меня] из этого бытия». Глагол «самуддхар» — вытащить, как вытаскивают из ямы или из воды. Просят не наставления, а физического извлечения. Просьба сформулирована как о помощи утопающему.
Эша шишьях суманту ме катхайишьяти — «этот мой ученик Суманту расскажет тебе». Вьяса, к которому обращались как к самому Нараяне, немедленно передаёт дело ученику. Ни объяснения, ни отговорки. Тот, кого объявили богом, назначает заместителя.
Ятха ваишампаянена пура проктам питус тава — «как некогда Вайшампаяной изречено отцу твоему». И тут же довод, почему это не умаление: отцу тоже рассказывал не Вьяса, а его ученик Вайшампаяна. Порядок повторён в точности через поколение.
Брахма-хатья-вьяпоханам — «отвращающее [грех] убийства брахмана». Названа та самая беда, ради которой Джанамеджая слушал Махабхарату, — вина за змеиное жертвоприношение. Сын просит того же лекарства, что помогло отцу. Наследственной оказалась не только власть, но и врачевание.
Садху проктам... вьясена амита-буддхина — «хорошо сказано Вьясой, чей разум неизмерим». Восемнадцать провидцев одобряют решение, которое их самих обошло: говорить будет не кто-то из них, а ученик. Собрание засвидетельствовало чужое назначение без спора.